Внебрачный сын олигарха

 – Подожди меня на улице, пожалуйста. Вот ключи.

Воскресенский протягивает девушке ключи, и она, к моему удивлению, молча забирает их и уходит. Я недоумеваю: как меньше чем за минуту можно было успокоить разъярённую тигрицу, причем сделать это одной незначительной фразой?

– А ты всё такая же, Рин, – говорит мужчина, вставая с места.

– Мне кажется, тебя уже заждались, – пытаюсь сохранять спокойный тон, но дрожь в голосе, похоже, выдает меня с головой.

– Своенравная и колючая, как раньше, – игнорируя мою фразу, протягивает он.

– С какой стати я должна была измениться, Кирилл? Я такая, какая есть, – пожимаю плечами, спасаясь от настойчивого взгляда Воскресенского за чашкой уже остывшего кофе. Фу, ненавижу холодный кофе.

Воскресенский открыто улыбается, и я едва не отвечаю ему тем же. Вовремя спохватившись, перевожу взгляд в окно, за которым замечаю ту самую Олесю.

– Действительно. Но людям свойственно меняться. Уж кому, как не мне, знать об этом, – его улыбка становится похожа на звериный оскал.

Глава 3 Арина

Анатолий Андреевич принимает меня на работу после получасовой беседы. Вернее, он даёт мне тестовое задание: перевести деловое письмо от постоянного клиента. А учитывая тот факт, что сам руководитель владеет английским языком в совершенстве, то ему не составляет труда мгновенно понять мой уровень знаний.

– Арина, я восхищён! – восклицает мужчина, хлопая в ладоши. – Это был довольно сложный текст. Расскажите немного о себе. Кстати, вот анкета. Это формальность, но заполните её, пожалуйста.

– Конечно. – Я убираю в сумочку два листа бумаги. – В свободное время посещаю спортзал и читаю книги на разных языках.

– На русском не читаешь? – Анатолий Андреевич улыбается.

– Читаю, но только те книги, которые написаны на русском языке. Я люблю оригиналы.

– А что насчёт семьи, детей? – интересуется мужчина, что-то печатая на компьютере. – Извини, срочное сообщение. Нужно ответить.

– У меня есть ребёнок. Пока не замужем, – тихо отвечаю я.

Анатолий Андреевич продолжает что-то печатать, и я сомневаюсь, что он слышит ответы на свои вопросы. А мне, честно говоря, это даже на руку.