Любовники Камиллы

На ближайшем к входу кресле активно совокуплялась любовная парочка. Женщина, чей корсаж был спущен до самой талии, крепко вцепилась в подлокотники обеими руками, поднимаясь и опускаясь на мужчине, на котором сидела верхом, и ее малюсенькая юбочка колыхалась с каждым движением мужчины, то и дело открывая взору белые ягодицы проститутки. На секунду Анри замер в изумлении, удивляясь тому, что им разрешили предаваться разврату прямо здесь, в общей комнате, пусть даже и борделя, однако вскоре ему все стало понятно: в отдалении он заметил сидящих полукругом зрителей.

Значит, это являлось частью представления, как и те две женщины, что расположились в шезлонге возле большого камина. Одна из них нежно и со вкусом ласкала другую, а та в свою очередь удовлетворяла себя искусственным мужским членом, сделанным из слоновой кости, пока один из продажных мужчин массировал ей ступни ног. Проститутка подняла глаза и посмотрела в сторону, как будто ожидая приказа. Анри проследил за ее взглядом и в самом центре зрительского полукруга увидел герцогиню.

Анри уже доводилось видеть на отдалении это парадное платье с мантией, а очертания уложенных волос, увенчанных герцогской тиарой, было ему знакомо по изображению на монетке, которую он только что вложил в ладонь евнуху. Его мужское достоинство мгновенно напряглось, и это произошло автоматически, но он тут же тряхнул головой, прогоняя наваждение. Ни под каким предлогом герцогиня не появилась бы в этом притоне. Он пригляделся повнимательнее и понял: женщина, наряженная герцогиней, была мадам Убэр, хозяйка дома терпимости и сама проститутка.

Если бы Анри сбегал домой за всеми своими скудными сбережениями, то смог бы, вероятно, оплатить услуги мадам Убэр. Впрочем, нет, не сейчас, только через год или даже два он бы наскреб на ночь с ней, женщиной в обличье герцогини. Но Анри быстро опомнился: это было бы глумлением, и он мысленно отругал себя за то, что позволил этой предательской мысли на секунду посетить его буйное воображение.

Снова мотнув головой, Анри поспешил дальше по коридору и вскоре вышел на тихий задний двор. Большую часть территории занимала баня, в узком пространстве между ее деревянными стенами и высоким забором росли ползучие кустарники и дикие розы. Их тонкий аромат мгновенно заполнил ноздри Анри, вытеснив душные запахи дешевых духов, пота и вина, царивших в доме, и подслащивая дымок, который поднимался от раскаленных печей внутри бани.