Аметист: танец волчицы

Какой смысл тогда отдавать родную девку туда в замуж? Чтобы стать очередным бывшим тестем? Ищи дурака!

– Батюшка, вы велели разорвать помолвку с Гавином, я разорвала. Вы велели мне поступать в Тёмную Академию, я поступила. А теперь вы приказываете мне забрать документы и отправляться домой? Кто же станет уважать решения князя, который сам не ведает, чего хочет?

Другая бы сорвалась на визг, а эта – ничего. Даже голос, хоть и звенит холодом, остаётся всё таким же привлекательным. Рискнуть что ли? От поколения к поколению кровь драконов должна же становиться жиже.

Это у короля Льва все жёны померли, может, у его сыновей-то всё и не так? Может, выживет?

– Дура, – рявкнул грубо, зато доходчиво. – Не знаешь – не лезь. Когда велел тебе поступать, всё иначе было, а теперь – не так. Многое изменилось.

Виорика удивилась. Сразу успокоилась, склонила голову набок.

– А что изменилось-то, отец?

– Многое, – уклончиво ответил без ответа он.

Да как же, так тебе сейчас всё и расскажу. Не женское это дело – лезть в политику.

Сиди дома, вяжи… что вы там все вяжете… Ну, сиди дома да детей рожай. Вот.

Княжна покосилась на него, прищурилась.

– Это связано с тем, что нашим деканом стала принцесса Авиталь? – спросила, и тот вздрогнул.

Стерва! Как есть стерва! Эх, хороша была бы королева! Такую в светёлке не запрёшь, вязать не станет. Всё королевство под себя подогнёт и не поморщится. Стерва!

– Не твоё дело, – ответил грубее, чем хотел. Потому что в точку попала, в десяточку.

– Потому что наш декан – женщина? Или… или потому что Авиталь перестала быть наследницей? – нежно и вкрадчиво продолжала дочь допрос.

– Потому что… я так решил! Достаточно тебе этого, – рявкнул князь, и подумал: «Ох же ж и бестия! Был бы парень, цены бы не было такому княжичу. Жаль, девкой уродилась.».

Солнце лобзало крыши, бросая сквозь ветви яблоневого сада косые красные лучи на отца и дочь. Здесь, во внутреннем дворе большого каменного дома, их никто не мог подслушать, об этом князь Баллард позаботился заранее.

Дом принадлежал его «кузену». По крайней мере, все вокруг считали, что дом принадлежит именно тому, кого называли «кузеном» князя. Поэтому приезд родственника из Гранат не мог никого насторожить. Отъезд тоже не вызовет подозрений.

Небольшая потайная дверь в сад открылась, пропуская высокую фигуру хозяина дома.

– Не хотел вам мешать, – мягким, словно кошачьи лапки, чуть хрипловатым голосом, произнёс вошедший.