Аметист: танец волчицы

– Так я и есть камень, – простодушно возразила Дженни.

– Но у тебя есть разум!

– И у камней есть. Просто они молчат. И это разумно, госпожа декан.

– Но их пилят, из них делают ступени, мельничные жернова и прочие вещи. Им не больно? Они не погибают?

Дженни улыбнулась смешливо, и неожиданно на её щеках проступили ямочки.

– Как камню может быть больно? И нет, камень не может умереть. Просто становится два, или три камня. Даже песок это все ещё камень, просто иной формы.

– И ты тоже не можешь умереть? – с любопытством спросила Авиталь.

– Я – могу, – Дженни посерьёзнела. Её косички растрепались и рыжими прядями прилипли к высокому ровному лбу. – Я ведь тролль. Но я не умру в человеческом смысле этого слова. Я… Как это сказать… У вас нет таких слов. Пожалуй, только если. Меня не станет, как меня, но я буду я, как камень.

Он посмотрел ей в глаза, и Авиталь задумалась. В каком-то смысле, ничто не умирает. Оно лишь меняет форму. Был заяц, его съели, какая-то часть его стала волком, а какая-то травой, или деревом.

– Но ты уже не будешь знать, что ты – это ты? – догадалась она.

– Отчасти. Это похоже на глубокий сон, но без пробуждения.

На удивление скоро они вышли к высоким стенам Академии. Дженни шла так быстро, что принцессе в какой-то момент показалось, будто деревья расступаются перед троллем.

– Как ты нашла дорогу обратно?

– Я чувствую камни, – просто ответила Дженни.

Они вошли во внутренние ворота, ведущие во двор Убийц, и Авиталь сжала руку тролля:

– Стой.

Дженни остановилась, сразу послушавшись её тихого, напряжённого голоса. Во темноте двора виднелась карета, и чёрные, взволнованные кони нетерпеливо били копытами о брусчатку.

– Отпусти меня, – приказала Авиталь, и каменные руки бережно опустили её на мостовую. Принцесса подняла голову и глубоко втянула воздух. Брат. Ренулф или Льялл? – вот в чём вопрос. В комнатах ректора горел свет. Значит, он там. Авиталь прошипела:

– Заслони меня!

Дженни молча встала так, что её громадная фигура полностью загораживала принцессу и от возможных наблюдателей из окон, и от тех, кто мог быть в экипаже.

Авиталь скинула с плеч плащ, щёлкнула и подняла руки. Хлопнуло окно в башне декана ночных убийц, и нечто тёмное, похожее на огромную птицу, плавно спланировало вниз. Это были платья. Сразу два – одно в другом. Они торопились, шнурки вжикали, затягивая корсет. За платьями последовала и остальная одежда.