Межгалактическое кафе

 – Понимаете, нет, к сожалению. Я, видимо, забыла номер кабинета.

В глазах начальницы блеснула победная искра, но она с улыбкой мягко произнесла:

– Ничего страшного, 432-ой. Можешь, пожалуйста, сходить еще раз? Я бы не просила, но эти документы нужны мне срочно. Поэтому, сама понимаешь, – она многозначительно не закончила фразу.

– 432-ой, вы… уверены? – Оливия не могла представить, как развернуть этот диалог дальше, и возможная оговорка начальницы была ее единственной, последней надеждой. Но не сошла же она с ума? Она же три раза все проверила!

– Оливия, я уверена, – отчеканила Виолетта.

– Но… – Оливия терялась под прицелом начальницы, и еще больше ее дезориентировал контраст жесткого взгляда и широкой улыбки. Мысли путались, и работоспособное объяснение не формулировалось даже в голове, не что чтобы в словах. В итоге девушка сдалась и выпалила как все как есть.

– Я понимаю, что это прозвучит странно, но на 4-ом этаже нет 432-ого кабинета, – чтобы избежать глаз начальницы, она посмотрела на гостя, и, казалось, он был полон сочувствия.

Хотя тень капюшона и очки не давали определить какую бы то ни было эмоцию точно, так что девушка понимала, что, скорее всего, она выдает желаемое за действительное.

– Оливия, я работаю здесь уже более 5 лет, и три из них – в должности начальника сектора приема клиентов на 4ом этаже в 432ом кабинете, – сказала Виолетта, впервые забыв про улыбку. – Он точно есть. Более того, – она взглянула на Мишеля и ее голос смягчился, – я же показывала тебе этот номер, когда мы вместе сегодня в него шли после того, как я тебя встретила на проходной.

Помнишь? – начальница улыбнулась сначала сотруднице, а потом клиенту.

– Да, показывали.

– И номер тогда был?

– Был, – девушка отвела взгляд на окно. Там стоял в ярком синем горшке замеокулькус, и в голове Оливии отчетливо пронеслась мысль, как хорошо сейчас замиокулькусу: о нем заботятся, его поливают, ему не нужно зарабатывать денег, запоминать номера кабинетов, он никогда не чувствует себя глупым, или не оправдавшим ожидания.

Так как никто ничего от него не ждет. Отчего же она не замиокулькус? Может быть, уволиться прямо сейчас? Может, она не годится ни для какой работы? Может…

– Оливия, – продолжила начальница, мягким голосом, – я понимаю, первый день, с каждым может случиться, что-то забыла. Кто из нас не забывал? – она обратилась она к Мишелю, но потом снова перевела все внимание на сотрудницу, и сочувственно похлопала ее по плечу.