Колючий иней

И в этот момент я отчетливо поняла, что добровольно согласилась на издевательства над собой в течение неопределенного времени. И вот нужно было еще в этот момент разворачиваться и уносить ноги, но какое-то упрямство не дало сбежать.

Оно же заставляло подниматься раз за разом, когда меня швыряли, толкали и подсекали. В результате я неизменно оказывалась на земле. Но ни в первый день, ни во второй я не ушла. Даже спустя три недели исправно посещала занятия.

И пусть успехи не радовали, но я определенно начинала чувствовать, что становлюсь сильнее и проворнее.

Правда в спаррингах я по-прежнему основное время проводила на земле, но мне казалось, что эти периоды понемногу начали сокращаться.

Может, наступит момент, когда я и вовсе не упаду? Хочется на это надеяться, но придется запастись терпением: он явно наступит еще не скоро. И сцепив зубы, я методично шла к своей странной цели.

Глава 7

Ринора

Время шло, а я по-прежнему постоянно мерзла. Противный холод походил на легкую зубную боль: и ноет не сильно, и забыть о себе не дает.

Мне думалось, что лучше бы ударили жгучие морозы: стало бы как-то проще. Понятней что ли. А это нескончаемое не пойми что раздражало неимоверно.

Поэтому я так ценила куртку Севала. Большая, теплая, внутри подбитая редким пушистым мехом. Такая подбивка требовала терпения при сшивании мелких шкурок очень осторожного грызуна. Поймать его считалось огромной удачей, и я почти ни у кого такого меха на одежде не видела. Обычно я накрывалась с головой этим островком невероятно приятного на ощупь меха и только так, согревшись, засыпала.

Ночевала я теперь в отдельной комнате, недалеко от Маквела. В ней был даже закуток с удобствами, что, как я узнала позже, было доступно не всем, так как многие жили по несколько человек в помещении. А новички и того хуже: спали в огромном зале, словно в казарме.

Дом жил как большая коммуна. Каждый человек ценился за ту пользу, которую он приносил. Так строилась его иерархия. Я для Дома была важна, и Мак всячески заботился обо мне.

Особенно после того, как наш с Полем паровой насос заработал, и мы смогли откачать воду из шахты. Последствия затопления ликвидировали и, найдя его источник, быстро восстановили работы.

Мак был счастлив, хоть и старался не показывать своего удовольствия. После этого случая я стала кем-то из разряда неприкасаемых. Он сам не обижал меня и другим запрещал. Я могла этим пользоваться и выбивать себе привилегии, но старалась не наглеть.