Бракованная

– А-а-а! – заорала я со все силы и начала судорожно сгонять это нечто с ног.

Но их было так много, и все такие мелкие, что это казалось бесполезным занятием. Наоборот, теперь они были уже и на руках. Я дергалась, как сумасшедшая, и била себя со всей дури, не теряя надежду сбросить их. Краем глаза заметила на лице варвара выражение истинного счастья – он даже строгать прекратил и теперь во все глаза наблюдал за мной, счастливо улыбаясь.

Ах ты, собака злорадная! Подняв комья грязи, я кинула в него. От одного он увернулся, а второй поймал рукой.

Реакция, что надо. Молодец! И я с не меньшим удовольствием наблюдала, как комья грязи распадаются в его руке и по его телу тоже начинает бегать эта мерзость. Ну хоть лыбиться перестал.

У меня тем временем уже все жгло, и я помчалась напролом через кусты в ту сторону, откуда доносился шум воды. Нужно попытаться утопить этих тварей. Что это, вообще, такое? Муравьи что ли местные? Я, видать, их дом разрушила в порыве разочарования. Злобные твари! Всех утоплю! И я бежала, краем глаза замечая, что варвар не отстает: его тоже, видимо, начало припекать, так как он активно почесывался на ходу.

Вспомнилось выражение: над другими посмеешься – сам поплачешь. Ну вот, прямо в точку!

В воду мы влетели одновременно, благо, глубины хватило, чтобы скрыться с головой. Посидев для верности подольше под водой, я вынырнула и встретилась взглядом с варваром. Его глаза задорно искрились. Я, не удержавшись, звонко засмеялась. До чего сейчас мы были жалкие.

Покусанные и униженные какими-то букашками отмокаем в воде. Позор! Он не выдержал, и его губы тоже дрогнули в улыбке. Потрясающе красивой и искренней, хотя и немного кривоватой.

Отмокали мы долго. Вода была приятная, прохладная и чистая. Как оказалось, мы занырнули в прозрачное озеро. Ручей стекал в него по небольшому водопаду и продолжал свой путь дальше, в виде уже известной мне реки. Местное светило начинало припекать и вовсю освещало зелень джунглей, которые вплотную обступали это чудесное озеро.

Райское место! Сейчас меня даже не раздражала оглушающая трель пернатых, и я с наслаждением прислушивалась к их трескотне и звучным переливам. Здесь пахло природой. Живой, первобытной и настоящей. На какое-то время я даже позабыла, где и с кем нахожусь, полностью отдавшись чудесному моменту единения с ней.

Потрясающее чувство! До этого времени я никогда не ощущала его так явно и была поражена тому, насколько оно, оказывается, естественно для меня.