Поймать океан

Однако сейчас, спустя десять лет, Асин больше всего удивляло одно: он ни капли не изменился. Возраст Вальдекриза не отражался ни на его лице, ни на руках. Вечный юноша, который был куда старше, чем казался.

– Да вот, тебя увидел. – Он подцепил прядь ее волос и стал задумчиво перебирать пальцами.

Они застыли в самом низу лестницы. Проходившие мимо люди огибали их, как кадки с цветами, лавки и фонарные столбы. Лишь изредка на них оборачивались, укоризненно качали головами. Но отчего-то стало так неловко, что Асин, чувствуя, как алеют щеки, закатила глаза и стиснула зубы.

Неподалеку на ступенях сидели две девчушки. Они делали друг другу бусы из сладостей, смеялись над чем-то своим – и не было им никакого дела до того, что вокруг развернулся дорогим ковром мир взрослых. Вальдекриз обернулся в их сторону. Вытянутые серьги из зеленого камня качнулись, поймали луч солнца и ярко засияли. Асин вновь обратила на них внимание. И вновь отшвырнула подальше зудящее любопытство.

– А у тебя такого не было? – почему-то спросил он и кивнул на девочек.

На вид им было лет по двенадцать, обе смуглые, темноволосые. Явно прилетели со Второго и будто желали походить друг на друга.

– О чем ты? – не поняла Асин.

– Подруг. – Вальдекриз щелкнул по одной из сережек.

– Были, – без колебаний соврала Асин, и уши ее мгновенно вспыхнули.

Нет, конечно, она общалась с другими детьми, пока училась читать и писать. Занималась вместе с кем-то, когда предметы стали сложнее. Но так и не смогла вырваться за пределы разговоров в длинных широких коридорах с колоннами и сводчатыми потолками.

– Я часто видел тебя на подоконнике с книгой, – заговорил Вальдекриз после недолгой паузы. – Дочь Кочевника Ханна. Ты всегда так ловко умещалась в каменные арки, – он усмехнулся, – задрав ноги до головы. Ты правда думала, что тебя никто не видит?

– Там было удобно, – бросила Асин и принялась поправлять юбку, будто это сейчас она полулежит, свернувшись подковой, с очередной историей на животе и кульком почти не грызущихся сухарей рядом.

И все равно она звала это дружбой – когда подсаживаешься к человеку с новой, только что дочитанной книгой, делишься свежим мягким хлебом и впечатлениями, а он слушает и в ответ делится чем-то сам. Даже если спустя день разговор забудется, а человек будет точно так же болтать с другими.

– Булка-булка.