Я не верю

Женщина она эффектная, красивая, вижу, как мужики взглядами провожают. Не могу допустить, чтобы кто-то приставать начал посреди улицы, тем более ночью. А ещё в последнее время мне порой очень хреново, хочется к ней. Поскольку не имею на это право, я просто сижу в машине напротив её окон, и мне становится легче.

– Если скажу, что в отделе кадров узнал, поверишь?

– Нет.

– Ну и ладно. Провожу?

– Не стоит.

– Оль, пакеты тяжелые. Я занесу и сразу уйду. Обещаю. Даже поцелуй в знак благодарности не попрошу.

– Какой благодарности? Ты сам увязался за мной. Я не просила.

– И не попросишь, – с сожалением произношу я, выходя из машины.

Ольга идёт впереди меня, придерживает дверь подъезда. По лестнице поднимаемся на третий этаж. Мне нравится её дом, чистый, ухоженный. На стенах подъезда ни одной записи, на подоконниках цветы и в углу у окна баночка под окурки.

– Никогда не видел таких подъездов, – шепчу я, озираясь по сторонам.

– А это потому что мы сами убираем. Как в советское время, по принципу «дежурной квартиры».

– «Дежурной квартиры»? – уставился на неё непонимающим взглядом.

– Ах, я и забыла, что ты мальчик из другого поколения, – она останавливается на лестнице и разворачивается ко мне. – Поясняю. Подъезд убирают сами жильцы, каждая квартира дежурит по очереди в течение недели.

– А как же управляющая компания?

– Мы отказались от неё в плане уборки.

– Но зачем?

– Ответь мне на вопрос, если бы ты убирал здесь сам, ты свой труд бы ценил?

– Да.

– Правильно. Значит и гадить здесь тебе бы не захотелось. Верно?

– Верно.

– Вот поэтому здесь и чисто.

Хмурясь, иду следом вверх по лестнице. Опять она ткнула меня в то, что я сопляк. Оля открывает дверь и пропускает меня первым войти в свою квартиру. Разувшись, стою посреди ухоженной большой квартиры. Трёшка, точно. То, что Оля аккуратистка, я заметил ещё на работе, в кабинете у неё идеальный порядок, и я теперь убеждаюсь, что не только в кабинете.

– Иди за мной, – тихо говорит Оля, направляясь на кухню.

– Не за что, обращайся.

– Мам, ты пришла? – на кухню входит молодая девушка. Внешне очень похожа на мать, те же нежные и аккуратные черты лица, карие глаза, длинные ресницы, только цвет волос другой – каштановый вроде. – Здрасте, – произносит она, смотря на меня.

– Привет, я Глеб.

– Виталина, – отвечает она, косясь на мать, будто та любовника в дом привела и просит её называть меня папой.