Я не верю

Странно, Ольга работает здесь лет пять, неужели за всё это время её дочь ни разу здесь не была?

– Виталина, здравствуй, – подхожу к ней со спины. Она резко разворачивается и пристально смотрит на меня.

– Ну привет. Ты что, действительно здесь работаешь? – усмехаясь, спрашивает она.

– А ты пришла сюда, чтобы это проверить? – в той же манере отвечаю я. Замечаю по глазам, что угадал. Но она очень быстро берёт себя в руки.

– Нет. Я ключи от дома потеряла, пришла взять у мамы её комплект.

– Ясно. Пошли, провожу.

– Не знаю. Я была здесь один раз, и то дальше приёмника не прошла. В тот день привезли много людей после перестрелки. Кровь кругом, крики, слёзы. Мне стало плохо, и мама запретила сюда ходить.

– Понятно, – стучу в кабинет Ольги, дёргаю за дверную ручку, но дверь заперта. – Она, скорее всего, по отделениям ходит. Будешь ждать?

– Конечно. Мне же некуда идти.

– Чай какой пьешь?

– Каркаде.

Вот она сейчас специально это сказала или серьёзно? И ведь не улыбнется даже, засранка.

– Каркаде не обещаю, но чёрным с бергамотом угощу, – не знаю зачем, но беру её за руку и тяну за собой. – Пошли.

– Куда? – спрашивает она, следуя за мной. Руку не отдёрнула. Странно.

– В ординаторскую. Мама твоя, уверен, после обхода придёт именно туда.

Глава 4

Глеб

Мы вошли в ординаторскую, как и прежде, там никого не было. Показываю Виталике, где можно присесть, а сам подхожу к чайнику. Пока вода закипает, достаю из шкафчика упаковку чая и две кружки.

– Тебе бутерброд или рулет со сгущёнкой? – спрашиваю я, открыв дверь холодильника.

– Ничего, – отвечает она, оглядываясь по сторонам. – Просто чай.

– Как знаешь, – делаю себе несколько горячих бутербродов с колбасой и сыром и ставлю на середину стола. Разливаю чай по кружкам. – Сахар?

– Я не пью чай с сахаром.

Мы сидим друг напротив друга, я не горю желанием общаться с ней, да и она не расположена к разговору. Отвечает вежливо, но натянуто, ну хоть открытого презрения не наблюдаю в её глазах, как вчера.

– Давно работаешь в этой клинике? – нарушает тишину первой.

– Второй год, – отвечаю я, чуть не поперхнувшись от неожиданности.

Девушка наблюдает за мной, точнее, за бутербродом, который я подношу ко рту. Она явно голодная. Вот спрашивается, зачем тогда отказалась?

– Попробуй.