Фанатка

Одной из сотен тысяч, а, может, и миллионов.

Но со мной это был особый случай. Я просто сошла с ума. Рэм стал для меня целым миром, вселенной, в которой я жила.

Все стены моей комнаты были увешаны его фотографиями. Заставка на компьютере – его лицо. Мелодии в мобильном – только его песни. Я заходила на сайт по десять раз на день – а вдруг выложат что-нибудь новенькое? Даже мои школьные тетрадки, ручки, линейки, учебники – все было покрыто наклейками с рваной челкой и бриллиантовой звездочкой.

Я забросила учебу.

Выпрашивала у мамы деньги на поездки в те города, где Рэм давал концерты. Дежурила под окнами гостиницы вместе с другими такими же сумасшедшими, чтобы увидеть его хотя бы мельком.

Я плакала по ночам в подушку, и мечтала только об одном: однажды случиться что-то невероятное и наши пути пересекутся. Хотя бы на миг. Но я даже представить себе не могла, что будет. И, если честно, еще и сейчас иногда не верю. Не могу отделаться от мысли, что вот проснусь – и окажется, что я все та же школьница, который приснился удивительный сон.

Мой сладкий сон слегка пошевелился и вздохнул. Я снова поцеловала его дракона.

Боже, я знала эту элегантную зверушку наизусть. Каждый коготок, каждую чешуйку. Выучила задолго до того, как увидела живьем. Однажды я даже поспорила с одной девчонкой: сколько зубчиков на его очаровательном хвостике. И, конечно, выиграла спор.

Я знала о своем кумире все, что только можно было узнать. Однажды отдала свои новые сережки (подарок мамы на мой семнадцатый день рождения) за номер мобильного Рэма.

Но номер не отвечал. Девчонка, которая дала мне его, клялась, что номер настоящий. Я едва ее не побила, требуя сережки назад. Она не хотела отдавать, но потом все же вернула. Тогда я еще не знала, что Рэм вынужден часто менять номера телефона. Может, он и был настоящий, но уже устарел.

А потом я жестоко простудилась, простояв всю ночь под порывами ледяного сырого ветра под окном гостиничного номера моего кумира. Наградой за такую ночку был силуэт Рэма, пару раз мелькнувший в окне.

А следующий месяц пришлось провести в больнице. Мама взяла с меня слово, что я буду вести себя разумнее. Бедная мамочка! Сколько я доставляла ей хлопот!

Стоп! Стоп! Стоп! Только о Рэме.

Пока валялась на больничной койке, о многом успела подумать. Я – маленький камешек, космический мусор, летящий в холодных просторах Вселенной, а Рэм – яркая-яркая звезда. И вероятность того, что наши орбиты когда-нибудь пересекутся, практически равна нулю.