Я жду от вас ребёнка, босс!

Ещё немного – и я сорвусь и стукну по этой машине, что медленно отъезжает от входа, оставляя меня один на один с мужчиной, который не так всё понял.

Хотя нет. Я бы тоже так подумала.

Меня подставила собственная подруга. И я ей за это отомщу.

Но сейчас…

– Я не могу Вам всё объяснить, – говорю честно.

Хоть Вера практически нагадила мне в душу… но я ещё не во всём разобралась. Вдруг это ошибка? Только хуже могу сделать. Да и понимаю, что если бы сюда приехала Вера…

Отец вызвал свою дочь в эскорт.

Бр-р…

Но оставаться здесь я больше не намерена.

Настроение падает куда-то вниз. Потому что по сути меня теперь считают эскортницей. Но это ведь не так. Я девочка приличная. Да, в деньгах нуждаюсь, но… Не так сильно! Только на свои хотелки. А тут…

– Простите, но я пойду. Не вижу смысла дальше беседовать с Вами.

Лучше ретироваться, чем терпеть на себе этот презрительный и в то же время пронзительный взгляд. Поэтому разворачиваюсь и делаю шаг вперёд – хоть и совершенно не знаю, куда идти и как отсюда уехать.

Такси закажу. Но лишь бы подальше от этого человека.

– Я Вас не отпускал, Добровольская, – грудной красивый (скажем честно!) тембр раздаётся над ухом. Тёплые и будто железные пальцы снова обхватывают мой локоть. Дёргают на себя.

От испуга я наступаю на камешек, с которого соскальзываю. Неловко повернувшись, врезаюсь в твёрдую широкую грудь. И неосознанно вдыхаю головокружительный аромат.

Я ничерта не понимаю, чем он пахнет.

Не шарю ни в каких нотках ароматов и подобном. Но признаюсь честно – отец моей подруги пахнет о-очень вкусно.

Сжимаю пальцы на дорогущем пиджаке и поднимаю взгляд вверх.

– Мой секретарь уже заплатил агентству. Поэтому будете играть роль, на которую Вас сегодня наняли.

Я хочу полягаться… завопить, что никто меня не нанимал, и это Верка-зараза подставила меня… но вместо этого с губ срывается совершенно другое:

– Какую роль?

Кажется, мой вопрос ему не нравится.

Карие омуты темнеют, превращаются в чёрную бездну, от которой хочется бежать. Он сжимает челюсти, скулы очерчиваются ещё сильнее, а ноздри раздуваются в гневе.

– Перестаньте притворяться дурой, – шипит предупреждающе. – И возьмите себя в руки. Вам ещё играть роль моей сегодняшней пассии.

Девушки, да?

Господи, что сегодня за день вообще? То меня наряжают как куклу, то называют эскортницей, которой я, видимо, и оказываюсь.