Няня для военного

Учту, конечно же, Александр!

– Всё, – сдалась, падая на коврик. Семи раз на сегодня хватит. В конце концов, кто там начинает резво и быстро? Потом мышцы болеть будут. – Больше не могу. Можно идти домой?

– Идите, – выдохнул мужчина. Услышав заветную фразу, подскочила с новым приливом сил и понеслась в дом. Срочно валим отсюда и идём в душ! Возможно, за то время, пока меня не будет, эти трое хотя бы больше времени побудут друг с другом.

И я буду чистой, и они сблизятся. Отличный план! И как хорошо начала-то…

Уже через десять минут я искупалась и, наконец, переоделась в нормальную одежду.

Некоторое время потратила, чтобы привести себя в порядок и к семи тридцати я была уже готова. Пошла за малышней, которая уже переоделась.

Отзавтракав в полной тишине, как, в принципе и всегда, повела детей на урок. Я молилась всем богам, чтобы сегодня не было английского, потому что готова была повыдёргивать этой англичанке все волосы. Опозорила меня перед начальством, и из-за неё же мне сделали выговор.

Боюсь, при встрече не сдержусь.

Но всё опять пошло не по моим планам, потому что шестым уроком пришла эта коза. Сегодня я не спала и даже не считала ворон в окне. Слушала учителя, иногда поглядывая в свой телефон. Но взгляд с этих двоих не сводила.

Всё, теперь они у меня на тотальном контроле. И шага никуда не ступят. Буду следить за ними в оба глаза. Посмотрим, кто кого, деточки.

Надо бы их ещё с отцом сблизить, только, как это сделать, к сожалению, я совершенно не знала.

Попросить Генеральского проводить больше времени с детьми не могла. Это не моё дело, не моя семья, и я рискую вылететь с работы за то, что лезу не туда, куда надо.

Нужно приходить к этому постепенно, но пока не знаю, как. Если с детьми я и могла что-то проконтролировать, то с Александром нет. У него серьёзная работа и вряд ли его можно выдернуть просто так, чтобы даже пойти прогуляться.

Но унывать раньше времени не собиралась. Сейчас меня ждала ещё одна ожесточённая схватка, потому что вот-вот придёт коза, которая меня заложила.

Кулаки мои чешутся, но я уверена, что справлюсь и не сорвусь.

И справилась на отлично! Потому что выдержала её сорок минут, сверля злым взглядом. Мне показалось, она даже начала нервничать, поправляя свои очки и заикаясь на некоторых моментах. Правильно, что боится, потому что все, что останавливало меня, чтобы не вцепиться ей пальцами в волосы – дети напротив. И здравый смысл, конечно.