Собственность нефтяного магната

Все ведь это было совсем недавно – и экзамены, и выпускной класс, и школа… а кажется, будто целая жизнь прошла. Вот, что бывает, когда сталкиваешься со взрослыми проблемами сразу.

– Я подавала документы. Мест очень мало бюджетных и на них прошли все стобалльники, так что мои хорошие баллы – это так… ни о чем. Оплату за курс я бы не потянула одна. Ты не подумай, – спохватываюсь, – я откладываю почти все деньги, коплю, я не из этих… которые только через постель…

Рустам чуть качает головой:

– Успокойся и не забивай этим голову.

Вместо закончившего говорить губернатора на сцену действительно поднимается Алекс вместе с другими музыкантами. Видимо, официальную часть решили разбавить живыми выступлениями, чтобы гости не заскучали.

– Мы просто поболтали, – возражаю снова.

Меня отвлекает вспышка фотоаппарата, такая внезапная, что я испуганно дергаюсь. Она ослепляет на секунду – журналист возник будто из ниоткуда, без остановки щелкая затвором и тараторя:

– Рустам Вячеславович, как вы прокомментируете, что ваш партнер оказался замешан в коррупционном скандале? Вы знали про вырубку леса в заповеднике и что нефтепровод собирались проложить прямо через него? А ваша спутница знает о том, что вы… – договорить он не успевает, потому что подоспевшая охрана скручивает папарацци так, будто преступника поймали, и тащит к выходу.

– Боже… – выдыхаю потрясенно и поспешно делаю глоток воды.

– Испугалась? Успокойся. Никто из журналистов сюда не проберется больше, – Шахов выглядит абсолютно спокойным. Ну правильно, с ним-то такое куда чаще случается.

– О чем он говорил? О чем я должна знать? – спрашиваю у него, вспомнив, что папарацци не успел договорить.

– Выбрось из головы. Это просто сплетни. Ты что, не знаешь подобных журналистов? Собирают всякую грязь, чтобы написать очередную высосанную из пальца «сенсацию», – морщится Рустам.

Очевидно, что говорить о произошедшем он не хочет, а я… да кто я такая, чтобы заставлять его? Так что я делаю вид, что ничего не произошло и принимаюсь за как раз принесенную еду.

Все, что я поняла за прошедшие четыре часа – подобные мероприятия сплошная скука. Все ходят с любезными улыбочками, делают вид, как им интересно, таким одухотворенным и интеллигентным, а на деле глотки друг другу готовы перегрызть.