Рассвет, перевернувший всё

Лишь после чего тот заговорил.

– Меня зовут Морис. А вы кто?

– Сначала поешь, – Брэйв указал пальцем на принесенную еду. – Вопросы будешь задавать потом.

В этот момент в каюту вошел еще один пират – штурман «Золотого орлана» Клаус Стоунс, невысокий коренастый моряк лет сорока пяти, большой любитель табака и горячительных напитков. Он был другом капитана, и сейчас курил трубку.

– Ну, и что ты решил с ним делать? – хрипло спросил он, кивнув на мальчика, не вынимая трубку изо рта. – Выкуп?

– Вряд ли, – пиратский главарь покачал головой.

Словно в ответ на его слова Морис порывисто встал с койки, и, глядя перед собой, решительно произнес:

– Они убили моего отца! Я отомщу или погибну!

Кулаки его при этом инстинктивно сжались, в глазах блеснул мрачный огонь. Казалось, он повзрослел на целую жизнь.

Пираты удивленно переглянулись.

– Что он такое сказал? – спросил штурман Стоунс, который в отличие от капитана ровным счетом ничего не понимал по-французски.

– Если я верно истолковал его слова, – Джеймс Брэйв почесал покрытый жесткой щетиной подбородок, – то выходит, что отец мальчонки пал от рук испанцев в недавнем бою. Ну, а он, – указательный палец капитана «Золотого орлана» ткнул в парнишку, бледного, серьезного, не по-детски сурового, – он поклялся отомстить за смерть родителя или отчалить к Господу.

– Да, ну? – усомнился Стоунс. – Так и сказал?

– Именно так, чтоб меня разорвало! – подтвердил капитан Брэйв.

– Хм, – штурман глубоко затянулся и прищурился, внимательно глядя на Мориса.

Самообладание десятилетнего мальчишки, несколько часов назад трагически потерявшего отца, впечатлило бывалых пенителей моря. Не каждый пират из команды Брэйва мог похвастаться такой потрясающей выдержкой.

– Клянусь проклятием моей души, похоже, наш юный приятель не шутит, – реплика принадлежала капитану «Золотого орлана».

– Твоя правда, Джеймс, – согласился штурман, выпуская в воздух кольца сизого дыма.

– Якорь мне в печень! Он совсем не боится нас! Другой бы на его месте давно закатил истерику. Вспомни, Клаус, сколько юнцов и взрослых мужчин рыдали, давясь соплями, оказавшись в наших руках.

– Угу. Мальчонка не из пугливых. Сразу видно.

Морис Лагарт действительно не боялся этих грубых, прокуренных, пропитых и просоленных морских волков. Тем более, они жестоко наказали тех, кто убил месье Армана.