Красно-желтый мир

– Марк, ты просто несносный обольститель! Неужели это все мне?

Вместо ответа молодой человек, воспользовавшись тем, что дверной проем освободился, немедленно втиснулся в узкую прихожую и важно произнес:

– Конечно, тебе, любимая, как ты можешь в этом сомневаться!

Затем, сунув букет в руки разомлевшей девушки и слегка подтолкнув ее в сторону гостиной, он, проворно снимая одновременно куртку и ботинки, безмятежным голосом заворковал про то, что у него так некстати сломалась машина, что пришлось ловить такси, и что это оказывается проблема, о которой он и не подозревал, что мороз на улице крепчает, что… Шагнув в комнату, залитую ярким электрическим светом и увидев все еще неподвижно стоящую Еву с огромным букетом цветов в руках, Марк запнулся, залюбовавшись девушкой, лицо его стало серьезным.

– Какая ты у меня красавица!

Он взял из рук Евы букет, небрежно бросил на диван и, нежно обняв девушку за плечи, добавил:

– Как я по тебе соскучился!

Позже, когда ночь опустилась на город, они мирно дремали в кровати.

– Ах, ты, хитрюга! – Ева шутливо потрепала друга за торчащее из-под одеяла ухо. – Я боюсь сделать лишнее движение, чтобы не разбудить эту бестию, а он, оказывается, давно бодрствует и спокойно созерцает мои мучения.

Марк весело рассмеялся и сладко потянулся.

– Знаешь, Евка, ты не поверишь, я несколько дней подряд вижу во сне твою бабушку. Как будто она стоит вдалеке и говорит: «Вы, молодой человек, не оставляйте одну мою Евочку, ей теперь особенно одиноко»! Знаешь, говорит, будто предупреждает, чтобы я берег тебя пуще глаза. Славная была старушка, любила тебя безумно, да и меня не обижала.

Слушая Марка, девушка крепче прижалась к его плечу.

– Мне ее так не хватает, ты даже представить не можешь, как! Я до сих пор не могу зайти в ее комнату, все тебя ждала, чтобы мы вместе пересмотрели все вещи, разобрали их, ненужное выбросили.

– Конечно! – Марк нежно чмокнул Еву в пухлые губки. – Завтра, вернее уже сегодня, обязательно все разберем. А теперь спать, а то скоро уже рассвет.

Некоторое время Ева продолжала лежать на спине с открытыми глазами, воспоминания захлестнули ее, но постепенно ровное дыхание Марка оказало на нее умиротворяющее воздействие.