Красно-желтый мир

 – Для Вас я Нина Петровна, и не только Вы сегодня работали, заметьте, другие не менее заняты, но не имеют привычку постоянно ставить себе это в заслугу!

Поджав губы, Нина Петровна раздраженно бросила на стол Евы стопку листков.

– Совсем замоталась из-за ваших бумаг, – со злобой прошипела она и демонстративно вышла, не слишком тихо прикрыв за собой дверь.

– Вот курица! – натянуто улыбнулась Ева и неожиданно набросилась на своего соседа. – Петр Карлович, почему Вы допускаете, чтобы с Вами разговаривала в подобном тоне эта безмозглая, мокрая курица? Почему?

– Дружочек, словосочетание «безмозглая курица» следует произносить просто как «курица», ибо оно одно уже предполагает отсутствие мозгов, – попробовал невесело отшутиться Петр Карлович.

Но девушка не унималась.

– Все равно, я не понимаю! Вы, человек с ученым званием, позволяете так вести себя людям, которые и ногтя Вашего не стоят, не понимаю! – Ева недоуменно пожала плечами.

 – И ведь если бы это было в первый раз! «Курица» и несколько ей подобных экземпляров пользуются Вашей воспитанностью и деликатностью, чтобы безнаказанно изливать свою желчь ежедневно, ежечасно…

– Девочка моя, успокойся! – по-стариковски сгорбившись за рабочим столом, мягко проговорил Петр Карлович. – Не стоит ничтожным людям уделять столько внимания. Они, право, не заслуживают этого, поверь мне.

Помолчав немного, он добавил:

– А теперь, пожалуй, займемся работой.

Вон, сколько документов принесли.

Весь оставшийся день прошел в обычном трудовом ритме. Торопливо покидая здание родного Института проектно-изыскательных работ в надежде успеть на шестичасовой автобус, Еве пришлось выдержать на себе перекрестный обстрел явно негодующих взглядов из намеренно приоткрытой двери приемной, где восседала пава и ее наперсница, женщина неопределенного возраста с одутловатым лицом и звучной фамилией Качнева. Хотя это и не было оговорено должностными обязанностями, видимо, из самых «лучших» побуждений, эти особы считали своим долгом отслеживать в конце рабочего дня уход многочисленной вереницы сотрудников.

В итоге тот, кто рискнул покинуть рабочее место на пару минут раньше положенного времени, неизменно попадал в их черный список, который каждое утро следующего дня ложился на стол директору.

С гордо поднятой головой Ева прошествовала мимо вражеского поста.