Невеста взаймы

 – Я видела ее собственными глазами! – заговорщицким шепотом добавила девушка. – Она такая жалкая!

Я стиснула пальцы, пытаясь подавить приступ гнева.

– Еще бы! – вторила ей собеседница. – Князь Домбровский получил по заслугам. Зря Томаш Шервинский пощадил его дочь. Она должна была ответить за деяния своего отца.

Оскорбления, которыми сыпали в адрес моих покойных родителей, будили в душе такую бурю эмоций, что я едва могла с ними совладать. Этот ураган готов был снести все на своем пути, отчаянно желая мести, справедливости и возмездия.

– Поговаривают, княжна покинет отбор уже сегодня!

– Это так унизительно. Я бы не вынесла подобного, – запричитала девушка в платье цвета спелой вишни.

– Вы не знаете главного, – прошептала ее собеседница, подавшись вперед. Ее взор скользнул по гостям, которые могли бы услышать их разговор. Я спешно отвернулась, демонстрируя безразличие к беседе. – Я слышала, что после этого, княжну казнят! Ее участие в отборе – фикция. Участь Домбровской предопределена.

Казнят.

Это слово въелось в мои мысли, оставило свой мрачный отпечаток на лице, скрытом под маской лебедя.

Мое участие в отборе для князя всего лишь изощренный способ прилюдного унижения, за которым определенно последует смерть. Моя смерть.

Не бывать этому! Не варвару судьбу мою вершить!

Я развернулась и стремительно направилась вперед.

– Осторожнее! – пискнула одна из девушек, когда я, проходя мимо, задела ее локтем.

Протискиваясь сквозь толпу, огибая кружащиеся в танце пары, я пыталась отыскать в толпе загадочного незнакомца. Он же словно сквозь землю провалился!

Сердце в груди клокотало от злости. Я ненавидела это место и людей, с интересом наблюдавших за мной. Они жаждали хлеба и зрелищ. Их забавляло мое незавидное положение. Варвары! Звери бездушные!

Томаш уже возомнил себя победителем. Я для него пыль под ногами. Что ж, вскоре он убедиться в том, что княжна Домбровская способна на большее, чем покорно ждать своей участи.

Этот хищный зверь отнял у меня все: дом, родителей, имя. Томаш поплатится за содеянное. Ему придется расплатиться за жестокость свою, отдав мне черствое каменное сердце, что бьется в его груди.

Я замерла, принялась осматриваться. Дыхание сбилось, а руки дрожали.