Защитники Вселенной

Что ж такое, почему им все время приходится оказываться в сомнительных, незнакомых местах! Что это еще за подземный корпус? Кругом мигают какие-то подозрительные лампочки, на дверях биометрические замки…

– Нам точно туда можно? – спросил он невозмутимо шагавшего рядом Эдуарда. Тот, подтянутый и спортивный темноволосый мужчина с правильными чертами лица, что называется в самом расцвете сил, уверенно кивнул.

– А там написано «Посторонним вход воспрещен», – не унимался Дудка. – Нам не накостыляют? А?

– Все в порядке, нас ждут, – ответил Эдуард.

– А вдруг все-таки накостыляют… Не хотелось бы по тыкве получить ни с того, ни сего… Да еще в воскресенье…

– Петя! – оборвал командир. – Прекрати! Не позорь звание Защитника Вселенной. Я же сказал, что нас ждут.

Оба были в серебристых комбинезонах со знаком бесконечности на груди – такой чести удостаивались только лучшие из пилотов, входящих состав элитного межгалактического корпуса «Защитники Вселенной». Чтобы попасть сюда – нужно намотать не один световой километр, пересечь не одну галактику.

Петру красивый серебристый костюм стал немного жать: в последнее время он поправился, бросил тренировки, да и просто как обычно ленился, а дома налегал на пирожки и пиво. Командир неодобрительно смерил взглядом его чуть выступающий живот, Петр растерянно взъерошил светлые волосы, которые успели отрасти с последней стрижки, тоже, надо заметить, не по регламенту, и постарался живот на всякий случай втянуть.

Эдуард поморщился, но ничего не сказал. В эту секунду дверь, перед которой они остановились, плавно поползла вверх, и Защитники оказались в просторном спортивном зале, где добрых два десятка молодых пилотов в кремовых кимоно оттачивали друг на друге приемы рукопашного боя.

Это была секретная школа космических разведчиков, здесь готовили будущих пилотов и солдат, которым предстояло защищать родную планету, отстаивая рубежи землян в межзвездном пространстве.

Уже немолодой наставник обернулся и, завидев Защитников, просиял.

– Эдуард! – воскликнул он, – Наконец-то! Какая честь для нас!

Он бросился к ним, сердечно пожал руку Эдуарду, потом на бегу потряс пальцы Петра Дудки.