Назови судьбу

У меня нет повода любить ее.

– Почему же? Слышал, она хорошая девушка.

– Она никогда не одобряла моей связи с ее отцом. Да оно и понятно. Я все понимаю, но любить ее мне не за что!

Росьо сочувствующе кивнул, одновременно разглядывая серьги в ушах старой Лу. Сережки маленькие, блестящие, не сочетаются с таким массивным ожерельем! Но все же, даже если предположить, что Лу не любит сеньориту Викторию, вряд ли бы она пробралась к ней в комнату ночью и разорвала ее сорочку… Да и Виктория утверждает, что видела мужчину.

– Красивые у вас серьги! Сеньор Федерико, кажется, тоже носит сережку? – продолжил он, после того, как они пропустили еще по стаканчику. Лу кивнула.

– А кто еще в деревне носит такие? Из мужчин?

– Не знаю, – она пожала плечами. – Не смотрю я на деревенских, общаемся мало… Хотя…

Она задумалась.

– Да? – Росьо насторожился и подался вперед.

– Нет, ничего, – Лу неопределенно пожала плечами и отвернулась.

– А я тут видел парня какого-то с серьгой, – непринужденно продолжил Росьо. – Мне показалось, он нездешний.

– Все может быть. На остров многие приезжают. Всякого сброда довольно. Да и благородные господа наведываются.

– Много сейчас на острове чужих? Кроме меня?

Лу снова пожала плечами.

– Откуда ж мне знать, я всего лишь старая служанка, сеньор. Живу одна, никуда не выхожу… Скоро будет бал у губернатора, в конце недели. Он всегда его дает перед постом.

– Бал… – задумчиво процедил Росьо, сделав еще небольшой глоток. Он, разумеется, знал про этот бал, но забыл. Что ж. Неплохо для начала! Лу права, на балу будут все, кто заслуживает внимания. Конечно, негодяй может и снять сережку, может и не явиться на бал. Как знать, может, он уже покинул остров! Но что-то в глубине души подсказывало Росьо, что обидчик Виктории все еще здесь, неподалеку. И он не оставит девушку в покое!

– Спасибо, Лу, – Росьо поставил бокал на стол, – Кажется, я узнал, все, что хотел.

– Вы доктор, да? – спросила вдруг она.

– В некотором роде.

– Я сразу поняла! Давно говорю ему, чтобы показался врачу, – заулыбалась Лу, – Наконец-то Виктория догадалась!

Она проводила Росьо до двери, продолжая сетовать на душевную болезнь и забывчивость своего возлюбленного, после чего он, еще раз поблагодарив ее, двинулся в обратный путь.