Артуриана

– Король Самайна может охотиться в эту ночь, – прошептала я. – Король-олень, повелитель мертвецов… Это – Дикая охота, Артур, и она близко. Мы у нее на пути!

И тревога, граничащая с ужасом, сжала наши сердца.

В следующее мгновение ветви раздвинулись, и прямо из чащи выскочили черные гончие, огромные адские псы с горящими огненными глазами, искры вылетали из их раскрытых клыкастых пастей, они промчались мимо нас, застывших от ужаса, но то было лишь начало.

А дальше мелькнули олени, они пронеслись и скрылись вдали, проскакали всадники-мертвецы, на конях скелетах они в бешенном галопе прошли совсем рядом, их пустые глазницы остановились на Артуре – и я быстро вышла вперед, закрывая брата собой.

Подняла руки, готовая защищать, если понадобится. Фиолетовый огонь угрожающе полыхнул в моих глазах.

Мертвецы исчезли, затем – новая свора гончих. И после появились высокие лошади на бесконечно длинных ногах, а последний вороной конь с оскаленной мордой, казалось, упирался головой в самое небо.

На нем восседал человек, если можно его назвать этим словом, – высокий, увенчанный горящими оленьими рогами, колдовское пламя так и плясало на них, а его длинный черный плащ был усеян сияющими звездами.

Рядом с ним, на высокой вороной же кобыле, ехала женщина, чье лицо было наполовину закрыто маской, а наполовину оказалось голым черепом с тускло мерцающими глазницами. Длинные волосы плащом окутывали фигуру, может, они были ее единственной одеждой, но судить об этом не представлялось возможным: волосы, струившиеся как водопад, полностью скрывали ее.

То была Морриган, богиня смерти.

Они остановились возле нас, король Самайна медленно повернул голову, его мрачные черные глаза, – в них, казалось, обитал мрак, – уставились сначала на меня, потом на Артура.

– Артур Пендрагон, – произнес он шепотом, который однако громовыми раскатами оглушил нас, эхо тысячекратно повторило его. – Король настоящего и король грядущего… Предсказанный звездами.

Мы слушали молча, не смея пошевелиться.

Я знала, что мощь моя велика, но никогда не сравниться ей с могуществом древних богов, с теми, чья сила питала Землю. И если они захотят забрать Артура, сделать его частью королевской свиты, – ничего не смогу поделать, нет в мире никого, кто мог бы превозмочь их волю!

– Пока ты еще молод, ты хочешь добра, – продолжил король Самайна, – Но нет такого добра, которое не шло бы об руку со злом… Ты станешь врагом нашего мира однажды и нашим врагом.