Гидра

– Правдин? Да он, по-моему, один из немногих, кто свои пары посещает… Что он сам говорит?

– Говорит: «Да, двадцать второго я отсутствовал без уважительной причины. Я гулял по облакам. Но это было только один раз». Кстати, Ботана сейчас висит на отчислении. Ей по физ-ре поставили незачёт.

Вита рассказала и про другие эксперименты. Самый безобидный – поставили пять отверстий. Самое большое размером с форточку. Самое маленькое размером с двухрублёвую монету. Положили кусок мыла, сказали: «Пролезайте». Все смогли пролезть в первое и второе отверстие (второе величиной с половину форточки).

А в самое маленькое отверстие смогли пролезть только Вита и Серый. К огромной гордости Виты, без мыла.

Был ещё такой, довольно странный эксперимент: Влад Какойтович попросил рассказать о своей любимой вещи, потом положить её в специально очерченный круг. Когда все рассказали и положили, он показал бумагу, что приобрёл этот кусок земли на законных основаниях и всё, что на нём находится, принадлежит ему. Забрал и пошёл.

– И вы, идиоты, на всё это смотрели?

– Мы думали, что он вернёт.

– А он?

– А он не вернул. Представляешь, я-то положила старый шарфик. Голубой такой, тебе он раньше нравился. А, прикинь, Айдия положила сотовый, а Злата ключи от машины. И не отдал.

– Вот вы придурки…

– А что мы могли сделать? Это ж закон. Как его можно нарушить?

– Есть такие законы, которые не только можно, но и нужно нарушать. Это же эксперимент. Он и хотел посмотреть, сможете вы забрать у него свои вещи или нет.

А так получилось, что права человека вам не нужны, за свои вещи вы бороться не хотите, зато можете в любую щель без мыла пройти… Он приедет, доложит в своей Москве, и они нас ещё сильнее кошмарить будут.

Вита пожала плечами.

– Ты на нас не злишься?

– Вы меня чуть ни убили.

Мы все состояли из глины и пластилина. В ком чего больше. Внутри у каждого был сосуд, в котором горел огонь. Когда огонь гас, человек умирал. Если сосуд разбивался, огонь гас. Мне сказали, мой сосуд дал трещину.

Поэтому мне надо быть осторожнее в пять раз. Я теперь могу умереть гораздо вероятнее, чем другие от любой ерунды.

3.

Вита ушла. Небо за окном было серое. Затянутое тучами. Нет, по такому небу я бы не хотела гулять. Когда я однажды сидела на дереве и читала книжку про троллей, небо было голубое-голубое. На нём было много одинаковых ватных облаков. Белые и овальные. Даже не овальные, а в форме чебурека. Такое небо рисуют на красивых картинах.