Топкий овраг

– Доброе утро! – крикнул ей он через открытое окно, наслаждаясь созерцанием миловидной соседки, судя по всему, находящейся сегодня в благодушном настроении.

Заметив нового жильца дома, улыбка с ее милого личика тут же растворилась без следа.

– Доброе, – холодно ответила она, бросив на него беглый взгляд и вернулась к своему занятию уже молча.

– Зачем тебе столько яблок? – решил поддержать разговор Костя, желая хоть как-то с ней помириться, ведь теперь они вдвоем владеют этим имуществом и ему совсем не хотелось ссориться со второй наследницей.

– На продажу. Жалко будет, если они пропадут. Кузьма Макарыч заезжает и отвозит их на рынок. Хоть какая-то прибыль, – деловито ответила девушка.

– Понятно, – согласился Костя и, немного поразмыслив, неожиданно предложил. – А можно отвлечь тебя и пригласить на чай? Правда, я не уверен, что он в доме есть, но если поискать…

– Есть. В верхнем левом шкафу. А чего это вдруг? Некому завтрак приготовить? – съязвила Василиса.

– Нет, на самом деле я хотел извиниться за свое вчерашнее поведение.

– Отвратительно! – подсказала она.

– Согласен, – виновато кивнул молодой человек. – Наверное, ты решила, что я…

– Избалованный столичный мажор? Да, это приходило мне в голову, – снова добавила девушка, упрямо сложив руки на груди.

– Ладно, ладно, я все понял… – улыбнулся Костя. – Так, как насчет чая?

– Хорошо, – наконец, сжалилась над ним она и прошла в дом.

После того, как чайник закипел и кипяток вместе с заваркой были разлиты по чашкам, Костя решил поделиться с Василисой своей необычной находкой.

– Смотри, что я отыскал вчера, пока бродил в потемках по погребу в поисках еды, – он положил на стол перед гостьей старинный дневник с ветхими страницами. – Эта вещица была спрятана в нише стены и, похоже, ее давно оттуда не доставали. Из-за влажности бумага промокла и чернила расплылись, но кое-что все же можно прочесть. Я почти всю ночь разбирал эту рукопись.

Девушка с удивлением рассматривала странную находку, на темной обложке которой при дневном свете в разводах все же проглядывали какие-то вензеля.

– И, о чем же тут написано? – спросила она, аккуратно переворачивая первую страницу, стараясь не повредить пожелтевшие листы бумаги.

– Да много о чем, на самом деле. Судя по всему, это дневник моей прабабки. Если коротко, то получается, что они с отцом еще до революции бежали сюда от анархистов, поселившись в этой деревне и сменив фамилию.