Топкий овраг. Возвращение

А то устала уже обслуживать криминальных авторитетов, да политиков, у которых приходится секреты вытягивать… – она резко замолчала, в притворном испуге приложив палец к губам, будто случайно раскрыла какую-то тайну. – Ой! Чуть не проболталась! – и хитро взглянула на Макса, сердито следившего за ней.

– Анна… – тихо, но настойчиво предупредил ее он, но она беззаботно махнула рукой.

– Ох, да брось! Ты один веришь в честные намерения нашего руководства, а вот я знаю их давно и уже не могу выслушивать всю эту чушь о высоких идеалах и помощи человечеству.

– Анна, не будь такой циничной… – снова попытался урезонить строптивую брюнетку Макс, но у него снова ничего не вышло.

– Это вовсе не цинизм! Если бы ты жил на свете столько сколько я, то думал бы точно так же, – усмехнулась она, но усмешка получилась скорее печальной, чем веселой.

Наблюдая за перепалкой лучшего друга с их новой знакомой, Костя решил, что пора бы уже вмешаться, иначе они так и не доберутся до сути их визита, выясняя отношения между собой:

– А разве вы старше? Я бы не дал вам больше двадцати шести, – уверенно вставил Костя первое, что пришло ему в голову, лишь бы отвлечь девицу от жалоб на начальство и заодно смягчить ее на редкость сварливый характер комплиментом.

Брюнетка, наконец, замолчала и удивленно взглянула на молодого человека перед собой.

– Так, он вам ничего не сказал?

Судя по всему, под «он» она подразумевала именно Макса, который, и правда, не особенно вдавался в подробности по дороге сюда, Косте буквально приходилось выуживать из него информацию по капле, прямо как у настоящего шпиона.

– Нет, – честно признался он и Василиса также замотала головой. – А что он должен был сказать?

Девушка вздохнула, успокоившись, и начала диалог сначала:

– Что ж, раз ваш провожатый не соизволил просветить вас заранее, придется это сделать мне, – она встала со своего кресла, обошла стол и грациозно примостилась на краешке, отправив сигарету в пепельницу.

В помещении кабинета на минуту воцарилась гробовая тишина. Казалось, двое молодых людей, раскрыв рты, просто молча переваривали услышанное и пока не знали, что ответить.