Академия Костлявой. Не будите в некромантке ведьму!

  – «Гул мертвых» – это магия высшего уровня, следовательно, и пользоваться ею могут лишь те, кто постоянно тренируется, укрепляя связи со своей силой, – властный и уверенный голос профессора Грахдира, прошелся волной испуга по всему классу. Мы любили занятия по защитным ритуалам, вот только временами профессор был ну слишком уж надменным и считал, что весь мир крутится исключительно вокруг него и его предмета.

Мы все подобрались и навострили ушки. Я сосредоточилась и, взяв в руку перо, приступила к записям. Делая пометку на крае тетради: «Постоянные тренировки для ритуалов», записала название лекции.

– Данный ритуал схож некоторыми действиями с ритуалом «Зов Мертвецов», в том смысле, что они оба усиливают вой проклятых душ из Подземного Мира, – профессор начал чертить схему заклинания на большой зеленой доске, по бокам которой висели наглядные материалы символов и скреплений. – Однако, «Гул мертвых» – ритуал, который действует на определенную область, и чаще всего применяется он для защиты помещения от прослушивания.

– Звезду также чертить с помощью пепла или можно использовать краску? – спросила Хел, сощурив свои прекрасные зеленые глазки и посмотрев на профессора внимательным взглядом. Во время размышлений девушка, как и всегда, закусила кончик пера своими острыми зубками, обхватив его пухлыми губами.

Профессор взглянул на девушку недовольно, но все же ответил:

– Нет, можете использовать краску для звезды, лучше черную с примесью серебра.

Мы все одновременно сделали пометку: «Черная краска, лучше с примесью серебра».

– В течение оставшейся ночи при любой попытке прослушать комнату, подслушивающий будет слышать лишь завывания загубленных и измученных душ. Чаще всего этот ритуал используется при переговорах, но также некоторые некроманты применяют его для спокойной практики. Чтобы никто не подслушал и идею не своровал.

Профессор Грахдир взмахнул худой рукой с длинными, ухоженными пальцами, и схема с доски будто отклеилась и предстала перед нами, как живая. Я зачарованно всмотрелась в переплетения белых и красных линий, что мерцали прямо перед моими глазами. Яркий солнечный луч слился со схемой, и она вспыхнула, слегка ослепляя и заставляя прикрыть на миг глаза, чтобы не лишиться зрения. Секунда и свет померк, а линии перестали казаться ожившими.