Хранитель

Теплый, нежный август терпеливо занимал все пространство, настаивался как вино, сыпал спелые ягоды во дворах и напоминал о приближении осени.

Артур не торопился. Он оттягивал свое появление на точке назначения как мог. Уже ощущал присутствие Небесных, злился, чертыхался и курил, замедляя шаг.

Но все равно пришел раньше нужного.

Двое Небесных стояли в стороне и оживленно болтали, оглядываясь по сторонам. Артур не стал надевать щит, чтобы его почувствовали издалека. Пусть знают, что он пришел. И не просто Земной, а именно он.

И они узнали. Посерьезнели, принялись вертеть головами. Он подошел сзади, заставил их подпрыгнуть, обернувшись.

– Скучали? – ухмыльнулся Артур.

У него было ужасное настроение, а присутствие Хранителей делало его только хуже.

– Кто угодно, лишь бы не ты, – фыркнул один из них.

– Не угадал.

Он огляделся по сторонам, пытаясь понять, что привело в одну точку и Небесных, и Земного. Либо будет драка, либо их работа разделится.

– Чего пришли- то? – спросил он как бы между делом.

– А ты?

Он недовольно глянул в их сторону, отвернулся, сосредоточился.

Девушка вышла из автобуса, спустилась со ступени на асфальт и зацокала каблуками в сторону домов. Артур прислушался к себе.

Поздний вечер окутывал улицы, ложился черными тенями под деревья.

Небесные двинулись за девушкой, Артур шагнул следом.

Эти двое были из тех, за которыми необходимо проследить.

– Владов! – позвал один из Хранителей. – Как дела у предателя?

– Тебе- то какое дело? – хмыкнул Артур. – Арина интересуется?

– Тебе- то какое дело? – передразнил Небесный.

– Вот и я про то же, – кивнул он и замолчал. – Вы не за девушкой, это меня она позвала.

– Нет, не за ней, – подал голос второй Хранитель. – Иди и увидишь.

Они свернули во двор, стараясь держаться подальше и от девушки, и друг от друга.

Девушка обогнула одноэтажное здание и нырнула в черный проулок, который являлся короткой дорогой к другому кварталу.

Хранители остановились, один из них повернулся к Артуру и наигранно поклонился:

– Земные – вперед! А то опять будешь вопить, что мы не вовремя.

Артур сжал челюсти, нырнул в темноту, поморгал, давая глазам привыкнуть.