Рид. Новые горизонты

 – Ту речь магистра Ягодкина трудно забыть.

Катя не хотела напоминать о неприятном инциденте перед каникулами, но подруга сама напросилась, заведя тему про специализацию.

«Сколько можно говорить о лекарской профессии? Неужели они не могут понять, что мне это неинтересно?»

Каждый раз, когда родители начинали разговор о ее будущей профессии, Катя прокручивала в голове слова магистра Ягодкина. Эти воспоминания грели душу и помогали не сорваться на ругань и ссоры. Не каждый день магистр говорил, что она, Екатерина Ветрова, лучшая студентка в магии природы на курсе.

Вот Свете тогда не повезло. Ей от магистра тогда достались менее лестные эпитеты и сравнения с животным миром.

– А ты решила, чем потом займешься? – попыталась перевести разговор Катя.

– Если бы у меня родители владели своей клиникой, – мечтательно отвечала Света, – то и вопросов не было. Но… мне нравится магия красоты. Все же не каждый маг может создавать и поддерживать свою внешность в должном виде.

Девушки замолчали. Вроде и темы важные обсудили, и немного словесно подкололи друг друга. Теперь им нужен был кто-то третий, «свежая кровь», как в таких случаях говорила Света, чтобы не поссориться.

– О, девчонки! – раздался громкий голос со стороны общежития. – Привет.

Высокий худощавый парень быстро спускался по ступенькам.

– Алек! – радостно воскликнула Света и помахала рукой.

– Привет. – Катя попыталась отстраниться от объятий Алека, но не тут-то было. Парень крепко приобнял двух девушек, чем вызвал теплую улыбку одной и скептическую усмешку другой.

– Да ладно тебе, Ветерок. Все знают, что ты ко мне неровно дышишь.

– В твоих мечтах, – фыркнула Катя, которой наконец-то удалось освободиться из рук Алека.

– А ты чего такой довольный? – Света нисколько не возражала против знаков внимания приятеля.

– Так почти никого нет из наших, а тут вы. Вот и довольный. Вы, кстати, еще вещи не разобрали? – Алек переводил взгляд с одной девушки на другую. – Чего молчишь, Мышка?

– Нет, – Света уже хотела обидеться на парня за детское прозвище, но его слова про вещи заставили насторожиться.