Сотворение света

Лайла узнала его – это был один из стражников, приставленных к Келлу, тот, что постарше. Он бросил взгляд на Лайлу и, не зная, как к ней обращаться, предпочел вообще ее не замечать.

– Жрецы сооружают защиту вокруг дворца. Вы должны немедленно вернуться. Это приказ короля.

Келл, казалось, был готов обругать короля последними словами. Но вместо этого лишь покачал головой:

– Не могу. Мы защищаем жителей везде, где только можем, однако еще не нашли способ остановить наступление теней или оградить город…

– Поздно, – перебил его стражник.

– Как это? – нахмурился Келл.

– Сэр, – послышался другой голос, и человек, стоявший сзади, снял шлем. Лайла узнала его. Гастра. Младший из стражников Келла. Он заговорил, и голос был мягким, но лицо – суровым. – Все кончено, сэр, – сказал он. – Город пал.

VII

Город пал.

Слова Гастры преследовали Келла, пока он шел по улицам, поднимался по дворцовой лестнице, спешил через залы.

Этого не может быть.

Не может.

Ну как город может пасть, если столько народу еще борются?

Келл ворвался в Большой зал.

Зал, где проводились балы, сверкал и переливался роскошным убранством, но настроение в нем царило совсем иное. Волшебники и дворяне, еще недавно гулявшие на крыше, сгрудились в середине. Королева и ее свита носили чаши с водой и кули с песком жрецам, рисовавшим на полу усилительные руны, а на стенах – охранные знаки. Лорд Сол-ин-Ар стоял спиной к колонне, и на его мрачном лице нельзя было ничего прочитать. А принц Коль и принцесса Кора сидели на ступеньках, совершенно подавленные.

Он нашел короля Максима у платформы, где каждый вечер играли музыканты в золотых костюмах. Король совещался с мастером Тиреном и начальником охраны.

Келл подбежал к ним, грохоча сапогами по мраморному полу, и с ходу выпалил:

– Что значит – город пал? – С окровавленными руками, в плаще на голую грудь он казался совершенным безумцем. Но ему было все равно. – Почему вы вернули меня? – Тирен преградил было ему дорогу, но Келл оттолкнул жреца.

– Мой план, – спокойно сказал король, – спасти тебя от верной гибели.

– Но это помогало! – зарычал Келл.

– Что помогало? – переспросил король. – Вскрыть себе вены над Лондоном?

– Если моя кровь может защитить людей…

– Скольких ты защитил, Келл? – нахмурился король. – Десять? Двадцать? Сотню? А в городе десятки тысяч жителей.

Келлу показалось, что он снова в Белом Лондоне, и на шее смыкается стальной обруч. Беспомощность. Отчаяние.