Чай со звёздами

В голове завертелись строки на знакомый до боли мотив:

«Земля в иллюминаторе, Земля в иллюминаторе,

Земля в иллюминаторе видна…»

Да, их команду с Байконура по традиции провожали именно «Земляне». Как это было давно и в то же время совсем недавно!

Затем он три года состоял в команде, которую готовили для полёта на Марс, но в первый поток не попал, а во второй уже не прошёл по возрасту. Зато на Марсе в итоге побывал их с Вероникой сын Степан Соколовский. Отец очень гордился этим его достижением как своим собственным.

Вспомнились годы в «Космостайле». Именно благодаря опыту исследований на научной работе Матвею удалось сделать то, что не получалось у многих инженеров и изобретателей до него. Около года назад Матвей путём проб и ошибок сумел-таки сконструировать максимально эффективный термоядерный ракетный двигатель на монотопливе. В перспективе его использование позволило бы долететь до Марса не за девять месяцев, как это происходило до сих пор, а втрое быстрее. В условиях истощения и возникшего дефицита ресурсов на Земле из-за перенаселения, это стало бы спасением для человечества.

Разумеется, все изобретения сотрудников принадлежали «Космостайлу». Разработкой двигателя, которую презентовал Соколовский, живо заинтересовалось руководство и выделило на это приличный бюджет. Матвей набрал команду и с энтузиазмом принялся за работу.

Как всегда, всё испортили деньги. Его друг с юных лет Мирон- Сергеевич Глебов был задействован в проекте Матвея. Однажды его пригласили на закрытое собрание собственников и намекнули, чтобы он «приглядывал» за другом. Несмотря на все договоры конфиденциальности, они не доверяли сотрудникам и подобным образом следили за ними. Каждая инновация приносила колоссальную прибыль компании, а разработка Матвея обещала стать золотой жилой для «Космостайла». Глебов смекнул, что компания планирует монополизировать производство двигателей, а, значит, и выход в открытый космос.

Разумеется, Мирон не напрямую, но достаточно прозрачно намекнул другу об этих обстоятельствах. Матвей Андреевич крепко задумался. Он не мог допустить, чтобы его открытие стало «узким горлышком» на пути человечества в открытый космос из-за жирного денежного потока, который маячит на горизонте для учредителей компании.

Матвей же никогда не цеплялся за деньги.