Архив

То же касается и его работы в Архиве. Я слышала о том, что Библиотекари работали по десять-пятнадцать лет, а потом уходили на пенсию – если возраст не проявляется внешне, это не значит, что они его не ощущают. Но насчет Роланда я ничего не могу сказать. Я помню, он вскользь упоминал о Москве и как-то раз, забывшись, о Шотландии.

Музыка волнами струится вокруг.

Он опускает ноги на пол и начинает наводить порядок на столе.

– Я могу тебе чем-то помочь?

Бен. Я больше не могу извиваться, как уж на сковородке, и больше не могу врать.

– На самом деле… Я надеялась…

– Даже не проси меня об этом.

– Ты ведь не знаешь, о чем я хотела…

– Эти паузы и виноватый вид выдают тебя с головой.

– Но я…

– Маккензи!

Я вздрагиваю – он не так часто называет меня по имени.

– Роланд. Пожалуйста.

Он смотрит на меня и ничего не говорит.

– Я не смогу найти его сама, – настаиваю я, стараясь говорить как можно спокойнее.

– Ты не должна его искать.

– Я уже не просила об этом несколько недель, – канючу я. Потому что просила Лизу.

Длится еще одно бесконечное мгновение, и в конце концов Роланд сдается и медленно закрывает глаза, словно признав свое поражение. Нащупав блокнот такого же размера, как мой Архивный листок, он что-то в нем пишет. Спустя полминуты у стола снова появляется Эллиотт, держа в руке свой блокнот. Он вопросительно смотрит на Роланда.

– Извини, что вернул тебя, – говорит Роланд. – Я ненадолго.

Эллиотт кивает и молча занимает свое место. Приемную никогда не оставляют без присмотра. Я прохожу за Роландом в Атриум. Тут и там вижу Библиотекарей, и издали узнаю Лизу: пучок темных пышных волос плывет вдоль боковой полки и исчезает в проходе. Я стараюсь не отвлекаться на грандиозный потолок, на витражи, не задерживаться и не позволять безмолвной красоте вгонять себя в оцепенение: вдруг это заставит Роланда передумать? Я сосредотачиваюсь на полках, которые ведут меня к Бену.

Я пыталась запоминать путь – чтобы не запутаться, в какое из десяти крыльев мы опускаемся, какой лестницей поднимаемся вверх. Считаю повороты, когда мы идем по галереям. Но мне так и не удалось запомнить дорогу: даже в моменты, когда я была почти уверена, ничего не срабатывало. Не знаю, во мне ли дело, или в том, что путь может меняться. Может, они меняют полки местами.