Фартовый

Пожалуй, обладая большими амбициями с подобными свойствами, Николай смог бы достигнуть неимоверных высот практически в любой сфере, где одинаково выгодное общение между людьми находиться на первом плане. Но амбициями он не обладал вовсе, к тому, же имел совсем скудную фантазию. Суждениями довольствовался приземленными, видя жизнь с одной сугубо материальной стороны, но даже в данном плане предпочитал сложившийся быт и уют. Служба в ВОХРе так же положительно не сказалась на характере Николая. Время, проводимое среди заключенных – психов, убийц, насильников и воров развили в нем чувство паранойи и тотального недоверия ко всем людям.

Особенно это выражалось в состоянии алкогольного опьянения, когда Николай мог стать абсолютно не вменяемым – злым и жестоким.

На удивительную способность Николая отлично приспосабливаться, в семье, впервые обратили внимание, когда он оказался в армии. До этого тихий мальчик, не блиставший в учебе, ничем особенным не выделялся, в отличие от Артема имевшим до определенного возраста постоянные проблемы, связанные с поведением.

Николая отправили служить в ракетные войска, в военную часть, расположенную под Одессой. Письма от него приходили не часто, и в принципе ничего кроме стандартных жив, здоров не содержали. Поэтому спустя год после того, как его призвали, мать отправилась проведать Николая и нашла его бодрым духом в полном здравии, да еще и преуспевающим. Получив внеочередной увольнительный, он встретил ее на вокзале Одессы, уже являясь обладателем своего постоянно растущего мягкого живота и бордовой импортной болоньевой куртки.

Затем Николай целый день водил ее, по городу показывая достопримечательности, кормил мороженом в кафе на Греческой площади и прогуливался с ней у моря.

Вернулась мать, в задумчивом состоянии впервые осознав, что ее тихий мальчик, не доставлявший родителям практически никаких проблем не так уж и прост.

Уже отслужив в армии, Николай по пьяни любил прихвастнуть, как он сумел втереться в доверие к прапорщику, в чье ведомство входило обеспечение части.

Прапорщик страдал запоями и патологической ленью, так, что у Николая ставшим кем-то вроде его адъютанта, уже меньше, через год службы в руках оказались ключи от каптерки и практически неограниченные полномочия, связанные с получением обеспечения. Особенно выгодным для него стало сотрудничество с сержантом руководившим работой кухни. Продукты питания поступавшие в часть, так или иначе проходили через Николая, как минимум по накладным.