Тариф на предательство

Он стоял уже за спиной дяди Толи и тянулся руками с огромными когтями к его шее. Когти? У меня точно глюки. Так не бывает в жизни! Это страшный сон. Или идиотский розыгрыш. Я отчаянно замотала головой, желая избавиться от наваждения.

Отчим дернулся при виде моих ужимок и резко развернулся назад, с сухим щелчком взводя спусковой рычаг арбалета. Но он не успевал. Я ясно это видела. На секунду быстрее странный мужчина вдруг взял и просто воткнул руку с огромными когтями дяде Толе в грудь. Раздался глухой чавкающий звук.

Отчим захрипел и нажал на спуск.

На таком расстоянии промахнуться не реально. Арбалетный болт коротко чвакнув вошел в чужое тело. И пугающий незнакомец вдруг на моих глазах начал пылью осыпаться к ногам отчима.

У меня уже не было сил кричать. Я смотрела на этот ужас молча. Широко открыв глаза. Глухо стукнул о землю арбалет. Отчим зашатался и начал оседать. Я было бросилась к нему. Но на моем пути вдруг снова выросла фигура. Холодные сильные руки вцепились в меня, ломая ребра. Что-то хрипел отчим.

А я в ужасе смотрела на перекошенную кровавую маску, заменяющую незнакомцу лицо.

Неожиданно прямо из воздуха возникли две руки и ухватили жуткую голову. Раздался сухой хруст. Сила, сдавливающая мне ребра, исчезла. И этот незнакомец стал осыпаться пылью к моим ногам. Словно это не человек, а песчаная фигурка.

– Цела?

Я ошеломленно смотрела на незнакомца и не могла выдавить из себя даже звука. Он хмыкнул и повернулся к отчиму:

– А тут что?

Дядя Толя попытался что-то сказать, хрипя и булькая.

От этих звуков у меня мороз пошел по коже. Я осторожно обогнула незнакомого мужчину. Вернее, попыталась это сделать. Точно выброшенная в мою сторону рука перехватила меня:

– Тебе не стоит на это смотреть.

Я замерла. Но вся обратилась слух. Отчим говорил тихо и невнятно. Я поняла, что он обращается к незнакомцу:

– Все-таки вы существуете…

Незнакомец промолчал.

– Ты знаешь, что это за девочка.

Кивок головы стоящего передо мной мужчины и страшный хрип отчима.

Я похолодела. Но это был еще не конец. Дядя Толя заговорил снова:

– Поклянись, что сбережешь ее! Поклянись, что моя дочь будет жить! И можешь забрать всю мою кровь.

У меня челюсть отвалилась. О чем это он? Незнакомец очевидно прекрасно понимал, о чем речь. Потому что с любопытством, по-птичьи наклонил голову. Его голос оказался неожиданно глубоким и чарующим:

– Зачем мне это?

– У меня тоже есть сила. А она тебе нужна. Да и талант моей дочери тоже нужен.