Ваш выход, помощница!

Иногда его до истерики не хватает. И очень хочется у кого-то занять. А иногда оно тянется, как безразмерное. И кажется, что ему нет конца. Вот как сейчас. За те мгновения, пока я падала, я успела рассмотреть гримасу ужаса на лице недохозяина и то, как он ужасающе медленно выставляет в беспомощном жесте ладони вперед. Словно в попытке задержать меня в воздухе, на подлете. И метнувшуюся в сторону странную тень, до боли напоминающую дракона. Только мелкого. И рот Аранта, округлившийся в безмолвном крике «О!». И даже в ужасе съежившуюся у его кресла мертвую крысу.

А потом словно лопнула невидимая резинка. И время возобновило свой бег. Я со всего маху плюхнулась на колени перед креслом Ширанта, от боли прикусив свой язык и судорожно взмахнув руками. Чашка с микстурой, которую я держала в руках, выпала из моих ослабевших пальцев прямо недохозяину на колени. Жидкость из чашки выплеснулась мужчине на гульфик, образовав весьма красноречивое пятно. Я прикусила губу. В воздухе, перебивая ароматы пирожных, пряно и остро запахло травами.

В голове мелькнуло: «Я пропала!» Но вместо того, чтобы покаяться и попросить прощения, я, словно демон за язык дернул, вдруг ляпнула:

– Успокоительное подано, господин!

В комнате повисла такая жуткая тишина, что, казалось, я слышала радостное подхихикивание демонов, готовящих для меня уютное местечко в Нижнем мире с умеренно-сильным огнем под котлом, в котором я буду вариться. Смотреть в лицо хозяину было откровенно страшно, но… Опущенный вниз взгляд, словно зачарованный, упрямо цеплялся за одну только деталь – предательское пятно на мужских брюках.

А самое ужасное, что под моим взглядом демоново пятно начало… шевелиться и расти! Я потрясенно сморгнула и на мгновение зажмурилась. Этого просто не может быть! Мне кажется! Он не может быть таким… таким… Слов не хватало.

Я осторожно приоткрыла один глаз. И как раз вовремя, чтобы заметить, как мой недохозяин неловко ерзает в попытке сменить позу. Гульфик при этом выпятился еще больше, а я облегченно вздохнула.

Показалось!

– Мариэлла… – Недохозяин обреченно выдохнул. – Открывай уже глаза. От того, что ты зажмурилась, пятно не высохнет и не исчезнет. Или тебе стыдно смотреть на дело рук своих?

Его слова словно разбили волшебную завесу тишины. В комнате грянул такой хохот, нет, даже не хохот – ржач, что я невольно дернулась. Мой недохозяин недовольно покосился на сложившегося пополам в кресле от хохота брата, покосился на заливающуюся смехом рыженькую, и скривился.