Ваш выход, помощница!

– Ничего ужасного я тут не вижу…

Я дернулась и взвизгнула:

– Ничего ужасного? Ничего ужасного? У меня кровь! И идти я не могу! Вы меня искалечили!

Мужчина фыркнул:

– Не говорите глупостей. Стекло я выну и залечу порезы вам за пару минут.

Я разинула рот. Он еще и лекарь? Но профессор не по возрасту легко поднялся на ноги и задумчиво поскреб подбородок:

– И куда я его положил?..

Я чуть не ляпнула про возрастные проблемы с памятью. Вовремя в очередной раз прикусила язык и молча настороженно следила за всеми действиями мужчины.

– Вы бы лучше мне помогли вынуть стекла из пяток и дали чем ноги перебинтовать.

Сидеть, держа ноги на весу, было крайне неудобно. Но положить окровавленные ступни на диван мне не хватало наглости. А ставить на захламленный и грязный пол было откровенно опасно. На лекаря монет у меня не было.

Профессор увлеченно что-то перебирал в шкафу, только локти ритмично двигались то вверх, то вниз.

– Нашел! – Ученый муж вынырнул из недр раскапываемого шкафа и с восторгом ребенка продемонстрировал мне ровную серую плитку размером с две его ладони. – Это лучше бинтов и всего остального! Поставит вас, моя дорогая, на ноги за пару минут.

Я испуганно поджала покалеченные конечности:

– Что это?

– Это, – плитку с благоговением положили на пол у моих ног, – универсальный заживлятор! Новое слово в науке!

У меня округлились глаза:

– Зажив… что?

– Заживлятор… Ну да, над названием еще нужно поработать.

Я опасливо покосилась на воодушевленное профессорское лицо:

– А вы его уже испытали?

Ответом мне было искренне-удивленное:

– Зачем? Он же работает!

И прежде, чем я успела возмутиться или возразить хоть что-нибудь, мои несчастные конечности сгребли в охапку и насильно поставили на подозрительный предмет.

Плитка засветилась. Как будто я наступила нечаянно на гнилушку. Даже пыль голубовато-зеленая поднялась в воздух. Профессор выдохнул восхищенно:

– Работает! Все-таки работает! Хвала всем Святым!

Еще секунда, и он, наверное, вскочил бы и захлопал как ребенок в ладоши.