Как воспитать кота и дракона

Зыркнув исподлобья на пушистого мерзавца, я приказала сквозь зубы, чувствуя себя совершеннейшей идиоткой:

– Бегемот, отвернись к стенке! Я встаю! Все же, какое удачное имя я тебе вчера подобрала! Как точно оно отражает твою внутреннюю сущность!

Кошачьи глаза забавно округлились от возмущения:

– Я не жирный! И даже не упитанный! Это все эта проклятая шерсть!

– Угу, – я фыркнула, – и полкурицы вчера не ты, а шерсть твоя умяла!

Кошак обиженно сгорбился и отвернулся к стене мордочкой:

– Межмировые порталы жрут уйму энергии! А мне еще твою тушку нужно было протащить в целости и сохранности! Ванная там! – Кошачья лапка ткнула куда-то в сторону изголовья кровати.

Убедившись, что за мной не собираются подглядывать, я выскользнула из-под одеяла и взглядом нашла стоящее поблизости кресло, а на нем нечто черное и шелковое. Между прочим, точно в тон моей пижаме! Но уже натянув на себя вещичку, я поняла, что халат мужской и мне великоватый, пришлось запахнуть его на себе так, что полочка оказалась почти под мышкой.

– Слушай, Бегемот, а ты куда меня приволок?

Как-то так вышло, что, едва продрав глаза, я не обратила внимания на обстановку комнаты. А сейчас, оглядевшись по сторонам, я замерла, затаив дыхание и судорожно вцепившись в несчастный пояс халата.

Первое, что бросалось в глаза – обилие позолоты. Ее было столько, что у меня даже зачесались и заслезились глаза от ее блеска. Стены, мебель, ткани и пол – все изобиловало золотыми полосами, завитушками и вкраплениями. Даже дверные ручки и рама огромного, в пол, зеркала была золотыми и сияли как солнце.

Все еще сидящий мордочкой к стенке, Бегемот вдруг распушил свою белоснежную пушистую шкурку. Будто раздулся от гордости.

– Покои фаворитки его высочества! –Я опешила.

Бамц! Прочувствованную речь Бегемота оборвала одна из двух лежащих на кресле маленьких декоративных подушечек, врезавшись в кошачий затылок. Не ожидавший такой подставы, кошак сдавленно пискнул, кувыркнулся вперед и завопил:

– За что?! Я ей лучшие покои!..

– Я не королевская фаворитка и никогда ей не буду! – разъяренно выплюнула я, сдувая упавшую на глаза прядь.