Пирожные нужны не всем

Муж действительно любил Риту крепко, она чувствовала себя защищённой от жизненных бурь, и про былую любовь вспоминать перестала.

Почти. Лишь иногда… В смутных снах она видела прищуренные серые глаза, которые смотрели с упрёком. Но разве она была в чём-то виновата? И Рита постаралась выбросить Артёма из головы, сказав себе: «Это – прошлое. Я больше никогда не увижу его».

Благодаря Генриху её жизнь была спокойной и радостной, приятельницы ей по-хорошему завидовали. Вот детей пока не было, как-то не получалось.

* * *

А потом, в солнечный августовский день, она встретила на улице Артёма, и её покой сразу же пошатнулся. Так же, как закачались в её глазах дома и деревья, когда Рита увидела его. Выходит, правду говорят, что старая любовь не ржавеет?..

– Кого я вижу! Рита! Сколько же лет мы не виделись? – радостно восклицал Артём.

– Два с половиной года… – непослушными губами прошептала Рита.

Она безвольно позволила бывшему возлюбленному привести её в гостиничный номер.

Из гостиницы она вышла лишь на следующее утро, нещадно браня себя. «Как же быть с Герой? Поверил ли он моему вчерашнему звонку? Я никогда прежде не ночевала у подруг…»

Муж поверил. Если у него и возникли сомнения, он их не высказал. И жизнь потекла по-прежнему. Не считая того, что Артём звонил Рите в ателье чуть ли не каждый день.

– Зачем ты сказала ему, где работаешь?! – крутила пальцем у виска её заведующая и подруга Маша.

Рита не знала, что делать.

– Не звони мне! Я жалею, что мы встретились с тобою снова, – в который раз говорила она Артёму.

– Я только теперь понял: мне нужна только ты. Я больше не найду такую женщину. – Артём упорно не принимал Ритины слова всерьёз. По его мнению, ничто не мешало им снова быть вместе.

Рита так не считала. Даже когда поняла, что та ночь в гостинице не прошла бесследно, и она беременна. Ей необходима была настоящая любовь, на всю жизнь, на меньшее она согласна не была. Артём на такое чувство не способен, его отношение к ней – смесь страсти с уязвлённым самолюбием.

«Ну почему это ребёнок не от Геры?» Как счастлив был муж, узнав, что у них родится малыш! Глаза Генриха светились радостью, а его внимание к Рите удвоилось.