Грешная

А в один из дней моя счастливая реальность разрушилась, как карточный домик. До меня стали доходить слухи – слухи о том, что Александр мне не верен. Я не хотела верить этому. Но прямо накануне нашей первой годовщины я прижала его к стенке прямым вопросом. Меня как обухом по голове ударили, когда Саша, в конце концов, признался в своем прегрешении: мол, да, было дело раз или два, очень виноват, но, умоляю, прости, это больше не повторится, клянусь. И выглядел он при этом таким искренне поверженным своим собственным поступком.

Эта новость придавила меня, как наковальня. Словами не описать, как мне было больно. Ощущение было такое, словно мое сердце вырвали из груди, распотрошили на мелкие кусочки и пустили по ветру. Мне хотелось собрать вещи и уйти от него немедленно, но возвращаться, как побитая собака, к родителям я тоже не могла. Я была совершенно дезориентирована и проплакала всю ночь напролет, заперев себя в нашей спальне и рискуя утонуть в собственных слезах. Саша пытался возобновить разговор, что-то бормотал через закрытую дверь.

Но я не могла найти в себе силы снова посмотреть на человека, который так безжалостно предал меня. Так я и уснула – со слезами на глазах.

На следующий день муж как-то все-таки проник в спальню. Он пришел ко мне с новой порцией извинений и довеском к ним – дорогим рубиновым ожерельем. Тот факт, что Саша преподнес мне украшение, показалось довольно пошлой формой попытки вымолить прощение. В качестве своего оправдания муж добавил, что это произошло в то время, когда между нами царило напряжение, а он чувствовал себя отвратительно из-за этого.

Можно подумать, я была тогда абсолютно счастлива… Саша так театрально раскаивался, даже слезу пустил для правдоподобности, что я купилась. Моя любовь к нему никуда не делась, и боль от предательства осталась несводимой татуировкой на моем сердце. Но я была готова перевернуть еще одну страницу нашей жизни.

ГЛАВА 3

– Стелла, где моя новая голубая рубашка? – цыкает муж у меня за спиной, напугав меня так, что я чуть ли не выпрыгиваю из собственной кожи.

Я разворачиваюсь к нему лицом.

– Сейчас найду, Саш, – проговариваю на одном дыхании, избегая зрительного контакта с мужем. Я пытаюсь обойти его, но супруг довольно грубым образом хватает меня за запястье, вынуждая остановить свой побег. Заметив мое недовольство, он отпускает меня, но удерживает на месте своим авторитарным взглядом.