Агнесс

– Я пришел для проверки некоторых аспектов вашего лечения. Я задаю вопрос, Вы быстро отвечаете на него. Ясно?

– Так точно, – хотя в возможности отвечать правильно Стивен не был уверен.

– В какой стране Вы родились, выросли и проходили службу?

– Агнесс.

– Почему страна имеет такое название?

– Наша страна названа в честь прародительницы Агнесс, образовавшей самое справедливое и законное государство, защищающее права и свободы каждого притесненного, – ответ сам слетел с губ, не позволяя замешкаться ни на секунду, как будто это было некогда выученное наизусть стихотворение.

Стивен надеялся, что ему удалось скрыть удивление. Инстинкт самосохранения подсказывал, что возникшую амнезию лучше пока держать в тайне.

– Кто является главой нашей страны?

– Генерал Майро, деятель, направляющий всю свою власть на благо общества, – вновь заученные строки, не позволяющие даже подумать. Но полковника Крафта явно устраивали эти ответы.

– Все верно. После выписки из госпиталя Вам предоставят неделю реабилитации в домашних условиях, по истечении которой Вы сможете продолжать карьеру на благо Агнесс, – полковник поднялся с кровати и направился к выходу, скрывшись за вновь появившейся стеной.

Убедившись, что он остался один, Стивен вспомнил о еще одной важной вещи – он закатал левый рукав и увидел тщательно перебинтованное запястье. Бинты были плотными, но через них легко можно было нащупать маленький квадратный датчик.

Мужчина облегченно вздохнул – хотя бы за это можно не волноваться. Он лег обратно на мягкую подушку и закрыл глаза, мысленно прокручивая странные вопросы полковника Крафта.

***

Прошло пять дней. Стивен уже с легкостью мог подниматься с кушетки и перемещаться по комнате. В его распоряжении помимо кровати был пульт управления для присмотра за состоянием пациента и две двери-невидимки. Одна из них вела в санузел и открывалась по повелению больного, другая отворялась точно по расписанию пять раз в день.

За ней обычно стоял небольшой столик с пищей, не всегда вкусной, но хотя бы питательной.

Такая обстановка, напоминающая камеру-одиночку, наскучила Стивену уже на второй день, потому он старался занять себя чем угодно, лишь бы убить время. Мужчина подошел к экрану и приложил перебинтованное запястье.

– Агнесс – справедливость, свобода, равенство! – откликнулся аппарат.

– Сила, – тихо прибавил мужчина.