Роман с Алисой

Я открыла глаза и посмотрела на него, слегла прищурившись.

– Так вы будете меня целовать, Роман Евгеньевич, или еще поболтаем? – спросила я с долей игривости в голосе. Мне уже не терпелось слиться с ним в поцелуе – все внутри меня заволновалось.

Он усмехнулся, и тут же я ощутила соприкосновение наших губ. Когда его язык проник ко мне в рот, я чуть не потеряла сознание от удовольствия – настолько тонко, но в тоже время весьма умело он действовал.

Мне совершенно не хотелось, чтобы это заканчивалось.

– Простите, Алиса Александровна… Не понимаю, что на меня нашло…

У него был абсолютно потерянный вид.

– Нет-нет… Это вы меня извините, Роман Евгеньевич… Безумие какое-то… – начала зачем-то оправдываться я.

В его глаза я смотреть не могла, поэтому устремила свой взгляд в сторону.

Тут у меня просигналил телефон. Я проверила его – это было призывное сообщение от Максима.

– Я пойду. Всего доброго, Роман Евгеньевич… – сказала я и на ватных ногах покинула его кабинет.

Он не попрощался со мной в ответ, но я прямо кожей чувствовала, как его взгляд пронизывает меня.

Выйдя на улицу, я начала жадно глотать кислород ртом. Сердце мое готово было выскочить из грудной клетки. Я бессознательно дотронулась рукой до своих губ, на которых еще оставался невидимый след от нашего поцелуя…

Макс уже стоял около своего автомобиля.

– Прошу, принцесса! – сказал он, широко улыбнувшись, открыл дверь для меня и сделал жест, приглашая меня садиться.

Я натянуто улыбнулась в ответ и прошла к машине. Я уже собиралась забраться внутрь, но вдруг остановилась, машинально подняв глаза на окно кабинета Романа Евгеньевича. Он смотрел на меня сквозь стекло. Я в смущении отвела взгляд и села в авто.

По дороге до моего дома Макс без умолку болтал. Я даже не пыталась поддержать разговор, чем, наверно, немало его обидела.

– Что с тобой, Алиска? – наконец спросил он, не выдержав моего откровенного игнора.

– А?… Да все нормально… Просто задумалась… Прости… Что ты говорил?

– Ай да, неважно… Забей! – сказал он и замолчал, уставившись на дорогу.

Мне, конечно, было дико неудобно за свое поведение, но ничего поделать с собой я тоже не могла. Внутри меня все просто бурлило от переизбытка чувств.