Не может быть

Потому как приедем мы поздно, в каком состоянии комната для гостей в клубе, не ясно. Может, там прибраться надо, посмотреть, есть ли свет, вода. Клуб пустует года два, если не больше, с последнего приезда Элеоноры. А ключи от клуба у вас имеются?

– Имеются. Что, за это время вообще никто в клуб не заходил?

– Никто. Да и зачем? Но вы не беспокойтесь. Здание клуба старое, но крепенькое, стёкла на окнах целые, правда, может быть, краска со стен кое-где немного облупилась, но это дело поправимое. Если что, то можно у меня и подольше задержаться.

– Спасибо. А клуб от вашего дома далеко?

– Рукой подать, из окна виден. Посёлок за полчаса пешком можно пройти. Здесь отовсюду рукой подать.

– Я думал, он большой. Вы сказали, что река разделяет посёлок на две половины. Что же здесь делить на части?

– Река проходит почти по краю границы посёлка и отделяет от жилых домов посёлка графскую усадьбу и дом дальней родственницы моей жены.

– В усадьбе музей?

– Ничего там сейчас нет. Пустует усадьба.

– Заброшенная, значит.

– Я бы так не сказал. Сторож и садовник за порядком следят. В доме что главное: чтобы крыша не текла, окна, стены, пол были целы. Усадьба в порядке. Мебели, картин старинных там, конечно, нет, но лепнина на потолке, мраморные камины, паркет, – старик, обернувшись, посмотрел на собеседника, – опять же таки старинные медные шпингалеты на оконных рамах и большое зеркало с вензелями сохранились.

– Хотелось бы как-нибудь заглянуть в усадьбу. Это возможно?

– А чего же не возможно? Возможно.

Сторож и садовник – местные жители, мои приятели. Я к ним частенько захаживаю чайку похлебать, в картишки перекинуться.

– Тяжело, наверно, усадьбу охранять?

– Чего там тяжёлого? Дом барский небольшой. Парк, правда, внушительных размеров, но весь решёткой кованой обнесён. Они ночью собак спустят – и вся тебе охрана. Собаки у них хорошие, умные, дело своё разумеют. Да и у меня Полкан не хуже будет, помельче, правда, но если схватит нарушителя за зад, поди его отцепи.

Характер у моего Полкана решительный! – с гордостью отметил старик. – Охрана усадьбе, конечно, нужна. Но я вам замечу: за последние лет двадцать, а то и поболее, никаких таких страшных случаев, ограблений или, не приведи господь, ещё чего пострашнее у нас не было. Чего говорить, тихо живём.

– Это хорошо!

– Нет, конечно, случается, так, по мелочи… – прищурив глаза, внёс поправку старик. – А где не случается?

– Вы о чём? – напрягся Антон Павлович.