На крыльях кошмара

Однако луриец отчего-то был уверен, что его примут с распростёртыми объятиями на пегасозаводе, куда простым смертным вход был закрыт. Даже с учётом того, что владелец «Стрел» его друг, не факт, что там нашлись бы свободные животные.

– Скольких летунов ты собираешься нанять? – поинтересовалась Тарина.

Девушка подумала о дороговизне выбранного способа передвижения, хотя не могла не признать, что полёт мог разом решить массу проблем. Её проблем.

– Посмотрим, как мы доберёмся до места, – ушёл от прямого ответа Невеяр, будто он сомневался в каком количестве его отряд доедет до «Стрел Илалии».

Эта недосказанность окончательно испортила всем настроение, и троица хмуро разбрелась по своим лежанкам. Под утро Алею разбудил тот самый улыбчивый парень, что нёс Тарину. Его звали Елисан, и от него кхари приняла последнюю утреннюю стражу.

Молодая женщина тихо обошла спящий лагерь, вглядываясь в пока ещё тёмный горизонт, подсвеченный звёздами. Скоро восток немного посветлеет, и медленно станет там разгораться новая заря.

Алея немного отошла от места стоянки, чтобы хорошо видеть его окрестности, и залегла в траве. Здесь было довольно прохладно и сыро, но кхари нравилось. Это так сильно отличалось от службы в императорском дворце, где жара стояла почти всегда. Днём особенно, но и ночами порой ветер приносил раскалённый воздух из Кхебы. Мудрецы говорили, что пустыня сильно разрослась за последнее время, и что раньше её дыхание не ощущалось столь заметно в самом сердце Исенбара.

Теперь же Алея радовалась, что оказалась вдалеке и от пустыни, и от империи Дин-Байсула, и от его сына – Барах-Дина. Хотя в той жизни было и немало хорошего. Например, иногда принц выказывал ей своё расположение особыми способами. Он приносил ей книги из коллекции отца, и они вместе читали их, поражаясь историям, описанным на их страницах. Несколько раз Барах-Дин брал Алею – для него она всегда была Кильяр – в путешествия по оазисам, расположенным на границе Кхебы и населённым, ещё живым землям.

Алея задумалась, глядя на восток. Что-то промелькнула в её памяти, когда она пустилась в воспоминания. Почему вообще кхари стала думать о Барах-Дине именно сейчас? Что-то не давало ей покоя. Что-то из прошлого.