Драконья принцесса

Отогнать все сомнения и безответные вопросы, крутящиеся в голове, оказалось непросто, но в итоге я справилась.

– Я хочу сварить ещё антизелье, – начала я.

– Дайте-ка угадаю, вам не хватает ингредиентов, а в моей кладовке вы их не нашли? – немного насмешливо спросил он, перебив меня.

Я оторопело уставилась на Норотустру, позабыв закрыть рот, открытый для продолжения речи. Чего уж там, я позабыла и то, о чём хотела сказать. Он же смотрел на меня, понимающе улыбаясь. Филипе, вообще, не менял позы, и голос его оставался в одной тональности.

– Вы знали?

– Догадаться несложно, дорогая. Узнав о вашей беде, я сразу подумал о причине, побудившей вас искать у меня место. Итак, чего вам не хватает?

Я поморгала, стараясь прийти в себя и снова обрести уверенный вид. Однако настроиться на нужный лад оказалось не так-то просто. Ах да, тролль, медведь, ворона. Откашлявшись, я уверенно огласила перечень недостающих компонентов.

Норотустра сперва немного нахмурился, наверное, пытался вспомнить назначение антизелья по рецептурному составу. Вполне логично с его стороны.

– Думаете, мачеха хочет вашей смерти? – спросил он затем, догадавшись про антизелье на убийственную магию. Что поделать, если у него такой неповторимый состав и перепутать с чем-то другим невозможно?

– Я в этом не уверена, – правдиво призналась я. – Возможно, это или что-то ещё.

Норотустра пошевелил губами. Потом спросил:

– А есть какие-то ещё симптомы проклятия? Ухудшение состояния? Внешности?

Последний вопрос он задал с паузой, но всё-таки на него решился. Я глубоко задумалась. Да какие симптомы? Клептомания? Чувство собственного величия? Видения и сны? Их к делу не пришьёшь, уж больно они субъективны. Поэтому я пожала плечами и ответила:

– Я не заметила ничего такого.

Аптекарь вздохнул разочарованно, а потом повернулся вправо и стал ключом открывать небольшой шкафчик, незаметно притаившийся между стеной и столом.

Через пару минут передо мной на столе выросли два пузырька. В первом угадывалась чья-то слюна, хотелось верить, что тролля. На дне второй склянки покоился клок серой медвежьей шерсти.