По следам памяти

Здесь осталось всё так же, как и в тот злополучный день, когда мама и папа спешно собирались, опаздывая на работу. Но на самом деле они спешили умереть…

Кровать была расправлена, мамин халат лежал на полу, как и папин галстук, который он всё-таки решил не надевать. В уголках глаз защипало, и я громко всхлипнула, подняла с пола вещи родителей и прижала их к лицу, вдыхая их аромат.

– Мамочка, папочка, как же мне быть? – шептала я тишине, глупо надеясь, что мне кто-то ответит…

***

Утром я проснулась от того, что кто-то настойчиво звонил в дверь.

– Здравствуй, Вероника! – представитель органа опеки говорила нарочно громко. – А где твоя сестра?

Я тут же встала и быстро засеменила в прихожую. Ольга Яковлевна – представитель органа опеки – сразу перевела на меня взгляд, сузив глаза, которые за стёклами очков и так казались маленькими.

– Здравствуй, Саша, как обстоят дела?

– Ольга Яковлевна, я…

– Саша, я тебя прекрасно понимаю, – перебила меня женщина, заранее уверенная, что я не смогла найти работу. – Ты же учишься, и работа для тебя является непосильной ношей. И мы не сможем оставить Веронику здесь.

Я посмотрела на сестру, которая, обняв себя руками и опустив голову, дрожала от тихих рыданий. Я вспомнила свой предыдущий рабочий день, и меня передёрнуло от отвращения.

– С сегодняшнего дня, – продолжила Ольга Яковлевна, – мы начнём подготавливать документы для оформления Вероники в детский дом.

– Я нашла работу, – сильно сжав челюсти, сказала я.

– Правда? – Ольга Яковлевна стала сверлить меня взглядом, явно не веря моим словам.

– Да, вчера был мой первый рабочий день.

– И как ты мне это докажешь?

– Я принесу Вам справку от работодателя, – ответила я, мысленно молясь, что Артур сможет предоставить мне данный документ, так как я работаю неофициально.

– Хм, – хмыкнула женщина. Ну хорошо. Очень надеюсь, что ты меня не обманываешь.

– Ольга Яковлевна, – грубо обратилась я к ней, – я понимаю, что Вы действуете в рамках закона, но почему мне кажется, что Вы не рады тому, что я работаю? Вам доставляет удовольствие забирать детей в детские дома и рушить их жизни?

– Как ты смеешь такое говорить? – возмутилась женщина.