48 минут. Пепел

– Что-то случилось? – шепчу я, семеня следом за Артуром. Он останавливается и, резко развернувшись, хватает меня за предплечья.

– Он пришел в себя!

– Что?

– Ник пришел в себя, – повторяет Арт, бледный как полотно.

– С ним всё в порядке? – спрашиваю я, стараясь не думать о том, почему сердце так бьется и рвется в занавешенную тяжелыми шторами комнату.

– А сама как думаешь?

– Сильно плохо?

Арт молчит. И я понимаю: мне нужно увидеть Ника, несмотря ни на какие отговорки и протесты Джесса. Чтобы просто убедиться, что все в порядке.

Потому что наша история должна быть дописана. Пусть из нее и вырвана по меньшей мере половина страниц, она заслуживает того, чтобы появились новые главы. На этот раз – полные надежды на светлое будущее.

– Где Джесс? – спрашиваю я. О нашем разговоре с ним решаю не упоминать, хотя отлично помню его слова, холодный взгляд, готовый уничтожить, и колющие ноты в голосе: «Я не позволю сломать ему жизнь».

– Он уехал. Нужны какие-то серьезные лекарства. Попросил покараулить, пока его не будет.

– Спасибо, – шепчу я, закусывая губу, и притягиваю Арта за плечи, порывисто обнимая. Изнутри охватывает такая паника, какой я давно не испытывала. Арт гладит меня по спине, потом отпускает и делает шаг в сторону, давая пройти. Я спускаюсь по лестнице, стараясь не шуметь, – но чем меньше остается ступенек, тем сильнее во мне крепнет желание повернуть обратно. А вдруг он не захочет меня видеть? Касаюсь ручки и замираю около двери, заметив на полу полоску света. Раздается скрип диванной пружины, за которым следует сдавленный стон.

Набравшись смелости, я тихо вхожу.

В комнате Ника нет окон. Освещается она двумя лампами: старой с красным абажуром с одной стороны дивана и небольшой офисной у стола. Место, где Ник лежит, приподнятый на подушках, утопает в тени, и его лицо невозможно разглядеть в полумраке.

– Ник? – зову я.

Он дергается и, увидев меня, пытается отвернуться, но боль не дает ему этого сделать. С силой зажмурившись, Ник цедит сквозь сжатые зубы:

– Уходи…

Я застываю посреди комнаты, почти не дыша, слишком напуганная, чтобы подойти хоть на дюйм.

Хочу извиниться за то, что он пострадал из-за меня, но из сотен слов, кружащих в голове, никак не могу выудить подходящие.

– Позволь тебе помочь, – прошу я. Несмотря на то что меня бьет дрожь, на этот раз мой голос звучит уверенней.

– Где Джесс? – А голос Ника огрубел после суток молчания и напоминает шуршание веток.

– Он уехал, но скоро вернется.