(не) сестра для бандита

Так, что я ощутила мускусно-древесный аромат, смешанный с легким намеком на цитрус.

–Какая вам разница, с кем я сплю!

– Мне? Никакой, я и так все про тебя понял в первый же день, – тяжелое теплое дыхание соприкасалось с холодной кожей, и это невозможная смесь ранила меня в самую душу, потому что хотелось почувствовать дыхание ярче. Сумасшедшая.

Тимур провел пальцами по моей щеке, но казалось, что это раскаленные угли выжигают нежные покровы. Не должен человек вызывать такую реакцию! Мы схлестнулись взглядами: холодный, словно арктические льды, и теплый как раскаленная лава.

И что-то в его взгляде не давало мне спокойствия больше обычного. Я бы поразмышляла на этот счет, но неожиданное касание твердой груди о мое трепещущее тело быстро выбило все мысли.

Я судорожно облизала губы и попыталась отступить назад, однако потерпела полное фиаско, ведь натолкнулась на твердую поверхность стола. Тимур же наклонился к самому уху и гортанно прошептал:

–Ты называешь им сумму? А потом что? —Тяжелая ладонь внезапно опустилась на мою талию, подталкивая ближе к источнику моих постоянных переживаний.

В глазах защипало, но я через силу сдержалась и в самый неожиданный для мужчины момент ударила его ладошкой по лицу. Звонкая пощечина смогла привести его в шок, а меня наконец-то разморозило от ненужных эмоций, сковавших тело. Боль в руке была каплей в море, по сравнению с ранением в самое сердце.

–Я знала, что вы подлец, вот только не знала, как далеко зайдете.

Мужчина схватил мою пострадавшую руку, а я прикусила губу до крови, и только металлический привкус смог приблизить меня к реальности, ведь теперь я была полностью распластана на нем, а злобный рык звучал где-то в шею.

Горячая ладонь вжимала меня в массивные бедра, и там, где соприкосновение было особенно сильным, я ощущала чужеродное давление – признак его возбуждения. Слезы по одной прорвались, и скоро целая плотина рухнула. А схваченная в тиски рука больше походила на тонкий раздавленный лепесток в руках варвара.

–В следующий раз, если ты посмеешь меня ударить или хотя бы попытаешься, я трахну тебя прямо там, где это случится. И при всех, если будут свидетели, – эта фраза вызвала звериную панику, что явно сопровождалась бы бегством, будь я сейчас на свободе. —Надеюсь, поняла.

Боль, обида и бесконечная печаль отныне поселились в сердце, а в голове созрел единственный способ разрешить Гордиев узел.