Заменить тобой весь мир

Радуясь, что она сама напомнила ему, почему он здесь оказался, Лукас судорожно стиснул кулаки, впиваясь ногтями в ладони.

Тупая боль отрезвила, помогая хоть немного взять себя в руки.

– Первое ваше предположение действительно верно. Ваши родители хотят вам многое сказать. – Они уже два месяца слали ей бесконечные письма, умоляя вернуться в Арунтию, но все их просьбы были напрасны, она просто пропускала их мимо ушей. – Но я прослежу, чтобы на этот раз их слова до вас дошли.

Неужели она всерьез верит, что сможет вечно избегать родных? Как она вообще осмелилась бросить им вызов и ослушаться, высказав столь явное пренебрежение родителями и родиной?

Эта женщина просто бесчестна.

Осторожно, словно пробираясь по минному полю, Лукас продумал следующий шаг.

– Прошу прощения, ваше королевское высочество. – Каким бы человеком она ни была, она в любом случае выше его статусом, и он специально назвал ее титул, чтобы проверить реакцию. Но бледное лицо не дрогнуло, лишний раз подтвердив его уже сложившееся мнение.

– Примите мои поздравления, рада за вас, – протянула Клаудиа, приподнимая черную бровь идеальной формы.

Лукас, как завороженный, наблюдал, как капризное упрямство сменяется чем-то подозрительно напоминающим недовольную жестокость.

Вот и замечательно. Еще вчера он рассчитывал на встречу именно с такой женщиной. С такой противницей он обязательно справится.

– Благодарю. – Поймав на себе оценивающий взгляд, он охотно ввязался в противостояние силы воли, не желая уступать ни сантиметра, чувствуя, что с удовольствием стоял бы и смотрел на нее весь день. Что ж, раз она желает мериться силой, он охотно принимает вызов.

– Как поживают мои любящие родители? – спросила она елейным голосом, разрушив окутавшие его чары, и сразу же принялась перекладывать стопки бумаг на столе.

– Король Генри и королева Марисса желают вас видеть, – ответил он, с интересом наблюдая за ее действиями.

Тихо довольно застонав, как пристало стонать лишь в спальне, Клаудиа, оперевшись на груду бумаг, потянулась так, что белый халат обтянул приятные изгибы пониже спины и слегка задрался, позволяя оценить изящные лодыжки и стройные загорелые икры. Судорожно сглотнув, Лукас как раз успел поднять глаза, когда она повернулась, напялив на нос уродливые очки.