И настанет день

Я и не знал, что дедушка не хотел становится главой компании. Империя, которая не родилась, но расцвела именно под его началом, была лучшим доказательством его предпринимательской жилки и управленческого характера. Со стороны казалось, что он шел к этому всю свою жизнь, сделал своей и нашей целью развитие этого бизнеса. Даже мой целеустремленный отец не смог бы сделать большего, каждый его день – это лишь поддержание жизни, но не ее развитие.

«Она поразила меня своим внешним сходством с актрисой из популярного фильма.

Я знал, что это не она, но не мог отвести глаз. Ее молодость (ей было 24 года), красота, и в тоже время мягкость и скромность приковывали. Я не знал кто она, но уже бы никогда о ней не забыл.

Я перерыл все журналы в магазине и искал до тех пор, пока не нашел имя той актрисы. Это была Джейн Мэнсфилд, сыгравшая Камиллу Оукс в фильме «Заблудившийся автобус» в 1957 году. Ей за него даже дали Золотой глобус в номинации «Лучшая начинающая актриса». Но я видел не только сходство, но и различия.

Моя незнакомка была чистой и непорочной в отличие от девушки месяца журнала Playboy 1955 год.»

Так вот как выглядела бабушка в молодости. Я и не знал. На всех фотографиях в семейных альбомах ей, Мириам, было уже больше 30, она выглядела уже как женщина, и я не замечал на фото никаких признаков безупречного ангела. Интересно, дедушка всегда держал этот образ в голове, когда видел бабушку? Я и не представлял себе каким он был в молодости. В моей памяти он остался высоким статным мужчиной с сединой в волосах, всегда уверенным в своих действиях, решительным и непреклонным.

До конца жизни он оставался джентльменом. Клетчатые костюмы тройки, всегда идеально подобранный галстук, торчащий уголок платка в нагрудном кармане, классические туфли. В последние годы в его жизни появилась трость, которая казалась частью образа. Помню, что он нарушал свой безупречный внешний вид только в те чудесные субботние дни, проведенные на рыбалке. Как по волшебству на нем появлялись резиновые сапоги и забавные подтяжки, серыми лямками опирающиеся на его плечи поверх небрежно расстегнутой клетчатой рубашки.

Я никогда не видел этих вещей в доме, поэтому это перевоплощение приобретало особенное очарование.

В моей голове безрассудный, недовольный своим положением Пабло никак не мог слиться со степенным, величественным дедушкой. Уверен, что в конце окажется, что эта история вовсе не о нем, а о каком-нибудь выдуманном персонаже, которым он мог бы быть.