Из жизни карамели

А может, у нее уже был парень… Еще один раз Рыба снял с парапета Кантемировского моста потенциального самоубийцу и потратил на него полдня, приводя в чувство, – что в какой-то мере соответствовало пункту № 4 – «каждого человека нужно как минимум выслушать». Вот Рыба и слушал – и не только того бедолагу. Но и алкашей у соседнего магазина «24 часа», дворников, таксистов, уборщиц, официантов и младший персонал во всех ресторанах, в которых работал (в основном это были женщины, отягощенные не очень-то благополучными семьями).

А также непосредственных начальников, если тем вдруг приспичивало затеять откровенную беседу. Что уж говорить о собственных женах и контуженном на всю голову Агапите с его отроками!..

И все эти люди были хоть и со своими тараканами, но никто не прижимал Рыбу-Молота к стене вопросом: «Ваши политические взгляды?» Пожалуй, его еще можно было вытерпеть от Изящной Птицы и даже попытаться ответить на него, тщательно следя за тем, чтобы нимб революционного романтика – на манер Че Гевары – потуже сжимал голову.

Но карлики (возможно, даже политические) не имеют на этот вопрос никакого права.

Впрочем, Николаша вовсе не был политическим карликом.

– Я представляю партию власти, – с апломбом заявил он.

– Ну и на здоровье, – меланхолично ответил Рыба.

– Опять ты за свое! – по-голубиному нежно цыкнула на мужа Вера Рашидовна. – Может, не стоит грузить парня? Дай ему осмотреться и в себя прийти.

Странная все-таки это была пара – госпожа Родригес-Гонсалес Малатеста и ее вырвавшийся из тундры муж с простым русским именем Николай Николаев.

И что-то эти высокие отношения смутно напоминали Рыбе-Молоту.

– Жилье для вас мы сняли, Александр Евгеньевич…

– Сняли, сняли, – поддакнул жене Николаша. – Но на благотворительность не рассчитывай.

– В каком смысле? – Рыба, углубившийся в мысли об эксцентричном симбиозе салехардских фриков, не сразу понял, о чем идет речь.

– Да погоди ты, Николаша! В том смысле, дорогой мой, что мы оплачиваем только первый месяц проживания.

Впоследствии стоимость аренды будет вычитаться из вашего жалованья. Вы не против?

– А у меня есть выбор? – Несколько фамильярное выражение «дорогой мой» поразило Рыбу в самое сердце.

– Все это оговорено в контракте, который, я надеюсь, завтра будет подписан.

– Нужно еще посмотреть, что он за специалист!

– Он хороший специалист, Николаша, хороший. Ты же читал его резюме.

– Р-рръезюме-еее… Понапридумывают тоже! На бумажке можно что угодно написать.