Из жизни карамели

– Не сомневаюсь, – с готовностью ответил Рыба, рассматривая пролетающие мимо хибары, одноэтажные бараки и вагончики различных конфигураций – от строительных до железнодорожных. Венцом же градостроительной мысли выступали цистерны с вываренными автогеном окошками. Неужели в них тоже живут люди? Судя по занавескам на окошках – еще как живут!..

– В последние годы много чего строят. Ледовый дворец построили… Катаетесь на коньках?

– Как-то не приходилось…

– А на лыжах?

– И на лыжах не приходилось.

– Ничего, дело наживное.

Перспектива отправиться в хрестоматийно стылую тундру с мужем Веры Рашидовны не слишком-то обрадовала Рыбу-Молота, и он попытался увести разговор подальше от северных красот:

– Хотелось бы побольше узнать о профиле вашего ресторана. Какой кухне вы отдаете предпочтение?

– Где не воруют. За воровство в бараний рог сверну, – неожиданно подало голос переднее пассажирское кресло.

– Думаю, господин Бархатов совсем другое имел в виду, – осторожно возразила мужу Вера Рашидовна.

– Это я так, Верунчик… Чисто предупредить.

Рыба хотел было обидеться за совершенно необоснованные – с порога в зубы – подозрения, что он что-то там собирается стащить, пользуясь служебным положением. Но, представив недомерка из тундры, сворачивающего его, довольно рослого мужика, в бараний рог, обижаться раздумал.

– Вообще-то я специалист по средиземноморской кухне, я уже вам писал. Испанская, итальянская…

Рыба специально сделал упор на испанской и итальянской кухнях, хотя мог назвать еще французскую, арабскую (с нюансировкой, касающейся стран Магриба и стран Аравийского полуострова), да еще грузинскую с еврейской.

Корни соображали ровно минуту

– А попроще?..

– Попроще? – Рыба на секунду задумался. – Можно немецкую, но лично меня немецкая не вдохновляет.

– И меня. Не люблю немцев, – снова отозвался Николай.

– Опять ты за свое! Чем тебе немцы-то не угодили?

– Фашисты они проклятые…

– А к… еврейской как относитесь? – стал сбрасывать козыря Рыба-Молот. – Или… там к грузинской?

– Грузинские хари – наглые-носатые – видеть не могу. Ни по телевизору, ни по радио, ни на базаре. А жиды – те же фашисты. – Ксенофобская сущность Николая никак не хотела успокоиться. – Вон как арабов мочат!

– Так, может, арабскую? – осенило Рыбу.