Хрустальная ловушка

Он будет обнимать ее так же, как любой мужчина обнимает женщину, они будут заниматься любовью – с той лишь разницей, что он не «любой мужчина»… Инка обожала делиться своими сексуальными переживаниями в скабрезных записочках на лекциях. У нее все это выходило смачно. Своих бывших партнеров она называла покойными мошонками, а свой собственный донжуанский список – «мартирологом».

И вот теперь эта термоядерная самка стала женой ее отца.

Они долго не общались – Ольга привыкала к новому статусу Инки.

А потом появился Марк, и все отодвинулось на задний план: и Инка, и отец, и их брак.

Марк и Инка сразу невзлюбили друг друга, Марк считал Инку рафинированной шлюхой, что было несправедливо: отцу Инка не изменяла, нужно отдать ей должное. Инка же платила Марку той же монетой: «Туркменский выскочка, вот ты кто». Впрочем, это не мешало им сохранять вооруженный нейтралитет и довольно остроумно пикироваться при этом: Ольге нравились эти импровизированные турниры. Отцу тоже.

В конце концов это может стать семейным видом спорта, почему нет?.

.

Впрочем, теперь их ждет совсем другой спорт.

Это была идея Марка – отправиться к брату. Инка увязалась за ними – хватило только намека со стороны Ольги. Инка могла выбрать для отдыха что-нибудь менее экзотическое: например, дартс в каком-нибудь ирландском пабе с обязательной экскурсией на малую родину актера Шона Коннери. Или бридж и устрицы где-нибудь на Французской Ривьере. Но оказалось, что она хочет именно горные лыжи. Да и отец обещал подъехать на какой-нибудь из уик-эндов.

Тем более что без интеллектуальных скандальчиков с Марком Инка начинает чахнуть, а ее ленивая ненависть к Ольгиному мужу нуждается в калорийном трехразовом питании.

Вот почему они летят втроем…

Тот еще будет отдых!..

«…Через десять минут наш самолет совершит посадку в аэропорту города… Просьба пристегнуть ремни…»

Слава богу, через десять минут самолеты закончатся и начнутся горы. Ровно две недели вдали от Москвы, но с тем же неизменным составом балагана.

Марк взял Ольгу за руку, тихонько сжал пальцы. Ольга ответила ему таким же тихим и нежным пожатием. Как же ему идет обручальное кольцо! Ей, впрочем, тоже. Нужно признать, что этот брак украсил их обоих.

– Как называется эскимосский приют, куда ты нас тащишь? – спросила Инка.

– Кажется, «Роза ветров». – Марк по-прежнему не выпускал руку Ольги.

– Название воспринимается так же свежо, как бумажные цветы в заводской столовой.

– Тебя никто сюда не тянул.